Красавица для Чудовища (СИ)

Поцеловав его осторожно в щеку, я коснулась губами уголка его губ, а затем и вовсе мягко накрыла его губы своими. Я думала, что просто прикоснусь, что сумею остановиться. Что выйду сразу же из его спальни, и он никогда об этом не узнает. Чувство глубокого стыда ушло на задний план, а мое тело, натянутое как струна, готово была рассыпаться на тысячу частиц. После легкого прикосновения к его губам, я продолжила целовать мужчину, прикрывая глаза от удовольствия. Нарастающее возбуждение ломало контроль в моей голове, позволяя мне становиться все смелее и раскованнее.

Мой поцелуй стал немного глубже и сильнее, одурманенная близостью мужчины, я опустила свою ладонь ему на грудь, не отстраняясь от его теплых губ.

И случилось то, чего я боялась больше всего. Михаил, дернувшись, проснулся. Его руки неожиданно обвили меня вокруг талии и потянув на себя, прижали к себе теснее. Я в ужасе приоткрыла глаза, желая отстраниться, но Михаил держал меня очень крепко, целуя мои губы с особой жадностью, терзая их, заставляя их приоткрыть, чтобы проникнуть в глубины моего рта своим языком.

Михаил привстал на кровати, таща меня за собой в свою постель. Голова кружилась от удовольствия и радости: я не могла поверить в то, что это действительно сейчас происходит со мной. Он не оторвался от меня ни на миг: его руки сильно, до боли, сжимали мои плечи, а его язык практически насиловал мой рот, лаская меня изнутри. Я застонала, отвечая на его поцелуй, а затем, всего лишь на секунду, оторвалась от его губ, чтобы сделать глоток воздуха. В этот момент мой муж отстранился, тяжело дыша и наконец, широко распахнул свои, налитые огнем, глаза. Михаил неотрывно смотрел на меня несколько секунд, находясь в абсолютном замешательстве, а затем резко встал с кровати.

— Пошла вон, — с чудовищным спокойствием сказал он.

Только что он сладко целовал мои губы, а его руки блуждали по моему телу. Он желал меня, я это чувствовала и мне не показалось. Не дождавшись моей реакции, Михаил обошел кровать и схватив меня за предплечье, потянул вниз, волоча за собой к выходу.

— Еще одна такая выходка, — презренно протянул он, вышвыривая меня из своей спальни. — Ты вылетишь и из моего дома.

Я вздрогнула, когда дверь его спальни с грохотом закрылась. Слезы водопадом хлынули из моих глаз, а я, кажется, еще не чувствовала себя более ничтожной и оскорбленной, как в эту минуту. Алиса была права. Дура, какая же я дура. Сидя на полу в коридоре, я молила Бога, чтобы никто не увидел меня в подобном состоянии.