Красавица для Чудовища (СИ)

Его лицо было болезненно бледным, и он часто кашлял, стараясь при этом улыбаться.

— Скоро будет готов обед, — привстав на стуле, сообщила я. Свекр остановил меня, прося жестом посидеть с ним.

— Настенька, — ласково обратился он. — Я пришел проведать тебя, а не борщи есть. Как у тебя дела?

— У меня все хорошо, — монотонно проговорила я. Ни к чему было заниматься красноречием, когда родственнику итак все было хорошо известно.

— Я с твоим отцом говорил этим утром, — неожиданно сказал Альберт Михайлович. — Он упомянул, что ты хочешь вернуться на работу.

Я кивнула.

— А что Мишку не попросила? — спросил он."

"Мне даже в голову не приходило подобное. Свекр, похоже, не терял надежды свести нас с его сыном.

— Работали бы вместе из дома, — выдохнул он. — Мне было бы так спокойнее.

Я пожала плечами, но ничего не ответила.

— Нужно было вам поехать в Лунд к нашим родственникам, — сказал он, делая глоток чая. — В свадебное путешествие.

Ни о каком свадебном путешествие не было и речи. Щеки залились краской сразу же, стоило подумать об этом.

— Простите, куда? — почувствовав себя глупой, поинтересовалась я. — Вы о городе в Швеции?

В институте я изучала несколько языков, и в качестве дополнительных, мой выбор пал на скандинавскую группу, после которой я хорошо изучила и культуру этих стран.

— Польщен, что тебе о нем известно, — хмыкнув, проговорил он. — Да, там красивые улочки. Маленький, тихий городок. Моя бабушка роддом оттуда.

Конечно я слышала, что у Соколовских были родственники заграницей, но я не знала, что они состояли в близком родстве с иностранцами.

— Моя бабушка по материнской линии была шведкой, — заметив смятение на моем лице, объяснил свекр. — Они познакомились с моим дедом во времена войны.

Я даже не заметила, как плавно наш разговор перешел на рассказ о его бабушке, которую с трудом выдали замуж за русского военного — деда Альберта Михайловича.

— Так что есть в нас тоже кое-что скандинавское, — прочистив горло, играючи добавил свекр.

— Папа, ты давно здесь? — растерянно произнес Михаил, стоя в дверном проеме.

Встав из-за стола, кивнув Альберту Михайловичу, я сразу же вышла из гостиной. Нужно было оставить отца и сына наедине, чтобы они имели возможность поговорить по душам.

Ближе к вечеру я попытала удачу снова. Мне хотелось узнать о состоянии своего мужа после того жуткого разговора по телефону. Робко добравшись до его кабинета, я постучалась, а затем дернула за ручку.

— Можно войти? — тихо спросила я.