Край земли-2. Огонь и пепел

Вершина вулкана Авача давно обрушилась в разверзшуюся бездну, и теперь внутреннее давление в магматической камере постепенно заставляло извержение становиться все более похожим на классическое, вертикальное. Пепельный столб бурлил над горой, за несколько минут ставшей вдвое ниже, и поднимался выше облаков. Гораздо выше, чем позволял себе летать парящий сейчас над бухтой белоплечий орлан.

* * *– Как же здесь душно, – послышался чей-то усталый голос в полной темноте.

– Мне кажется, в начале было хуже. А сейчас не так жарко, – ответил другой голос.

– Но сейчас совсем мало воздуха.

– Ну, так болтайте поменьше и не тратьте воздух, – рявкнул Андрей Жаров.

Разговоры стихли, но совсем ненадолго.

– Анатольевич. Эй… Дадя Женя, ты тут? – спросил Цой.

– Нет, блин. В ларек за сигаретами вышел. Куда я денусь-то? – ответил Сапрыкин.

– Дядя Женя, сколько мы тут уже сидим? Сколько времени прошло?

Майор взглянул на старые командирские наручные часы. Цифры и стрелки этих часов имели тонкую светящуюся в темноте покраску.

– Около двух часов. Да, без малого два часа.

– Так может пора выходить? Что если нас засыплет пеплом так, что мы выбраться не сможем?

– Успокойся, Саня.

– А если на том берегу не получили послание? Или заняты так, что…

– Господи, Саня, да уймись ты, – вздохнул Сапрыкин.

– Карл. – Теперь это был голос Джонсона.

– Да, Рон?

– Кажется, Йен и Гувер скончались. Я не чувствую у них пульс.

– Проклятье…

– Их раны были слишком серьезными. Не думаю, что даже окажись мы в больнице, им удалось бы спастись. К сожалению… А как твое самочувствие?

– Я-то в порядке.

– Но одна пуля попала тебе в голову.

– Поцарапала скальп и оторвала кусок уха, всего лишь. Эй, Юджин…

– Да.

– Может пора выходить?

– Мы не знаем, что происходит снаружи, ковбой. И какова загазованность. Не забывай, что вулканы – это не только пепел и лава, но и сернистые газы. Скажи своим людям готовить лицевые повязки. Минут через двадцать я пойду и попробую открыть дверь.