Край земли-2. Огонь и пепел

Я надеюсь, мне не нужно напомнить тебе, какую бумагу ты подписал и что ни одна живая душа в целом мире не должна знать о нашей ночной морской прогулке?

– О какой прогулке, товарищ полковник? – усмехнулся Евгений.

– Вот-вот. Молодец. Даже если сам Путин спросит… Ври, как учили.

* * *– Что здесь было? – спросил, озираясь по сторонам, Цой, сжимая в руке пару светящихся палочек химических осветителей. Вдоль стен стояли ряды двухъярусных коек.

– Старое бомбоубежище, кажется, – ответил Крашенинников. – Заброшено было еще во времена Брежнева.

– А бомба где? – спросил Жаров.

– Дальше по коридору будет лестница наверх. Там помещение. Что-то вроде шлюза. Через него на поверхность из убежища должны были выкидывать тела умерших. Но так, чтоб наружный воздух не попадал в убежище. К тому же там стены тоньше и при подрыве бомбы меньше энергии заберут на себя.

– Идем, – качнул пистолетом Жаров.

На удивление, могучая и толстая дверь шлюза открылась довольно легко, несмотря на царившую здесь долгие десятилетия сырость. Помещение шлюза оказалось куда крупней, чем подумалось вначале. В центре помещения покоился свинцовый саркофаг размером с крупный письменный стол. В углу большой сейф, основание которого залито в бетонный пол.

– Бомба здесь? – Андрей кивнул на саркофаг.

– Да, здесь, – мрачно отозвался Михаил.

– Открывай.

– Бездушная скотина! Ты что, не видишь, что он ранен?! – воскликнула Оливия. – Как он, по-твоему, откроет этот свинцовый гроб?! Он машину-то едва вел!

– Не надо орать, – поморщился Жаров. Затем он покосился на стоявшего в стороне Сапрыкина. Нет. Этому поручать нельзя. Выкинет какой-нибудь фокус и испортит все дело…

– Саня, давай ты открывай.

– А чего это ты раскомандовался, а, Жар?! – огрызнулся Цой.

– Саня, давай не сейчас, чтоб тебя. Открой.

Недовольно ворча, Александр подошел к саркофагу и принялся изучать свинцовую крышку, подсвечивая фосфоресцирующими фонариками.

– Она же тяжеленная, наверное…

– Если я правильно помню, то крышка не монолитная. Она состоит из десятка идеально подогнанных друг к другу пластин, – устало произнес Михаил.

Он оказался прав. Цой поддел ножом уголок и сдвинул один из элементов верхней части саркофага.