Красавица для чудовища

– Сашка! Это лучшие годы твоей жизни! Ты все студенчество проебала, сидя за своими дурацкими учебниками. Даже вспомнить потом будет нечего! Давай, собирайся! Сейчас найдем, что тебе надеть.

Катька идет к шкафу, распахивая его дверцы, словно вход в Нарнию. Начинает там копошиться, двигать вешалки.

– Господииии, Саш, тебе явно пора обновить гардероб! Он меньше, чем тот, что я беру с собой в отпуск.

Никто не сомневался. Разглядываю Катю: блестящий обтягивающий топ без бретелек, джинсы, туфли лодочки и кожаный пиджак.

– О! Вот это, кажется, подойдет! – достает из шкафа нежно-розовое платье-футляр с пышными рукавами. Купила его буквально вчера, чтобы было в чем пойти на свидание с Димой.

При мысли о нем, изнутри будто ударяет молнией. Пытаюсь переключиться на Катю и ее “Модный приговор”.

– Давай, надевай! – кидает мне платье. – А я пока плойку включу нагреваться.

Сама не знаю почему, но подчиняюсь ее приказу. Может быть, мне просто страшно снова оставаться наедине со своими мыслями.

Переодеваюсь. Катька одобрительно кивает. Смотрю в зеркало. Коротковато немного. Но зато верх закрытый. Вроде как, не слишком откровенно. Подруга времени не теряет, уже накручивает мне волосы плойкой.

– Ну вот, Саш, ты потом спасибо скажешь. Лет через десять. Что, благодаря мне, ты не пропустила последнюю студенческую тусовку! – причитает она.

– Да не последнюю же, – возражаю вяло.

– Сааашаааа, – перебивает меня нетерпеливо. – Там уже будет совершенно другое.

Быстро управившись с моими волосами, она оценивающе смотрит на мое лицо.

– Господи, Саш. Ты как будто не спала, а в улей с пчелами упала. Ты чего такая опухшая-то?

Блин, все-таки заметны последствия моих страданий.

– Где твоя косметичка? – шарит взглядом по сторонам подруга. Приношу ее с подоконника.

При виде моего скудного арсенала для макияжа, у Кати такая же реакция, как и на мой гардероб.

Смотрю в зеркало. Теперь у меня тоже смоки айс. Только в сравнении с Катей, я больше похожа на панду. Начинаю пытаться стереть карандаш, чтобы было не так ярко, но Катя бьет по рукам:

– Ну-ка! Не порти мое творение! – заявляет сердито.

Вздыхаю.