Край земли. Затерянный рай

Однажды, в одном из старых деревянных домов, что совсем пришел в негодность и подлежал разборке, обнаружилось, что под слоем обоев стены обклеены газетами аж семидесятых годов прошлого столетия. Снос старой избы был приостановлен, и квартет многие недели ходил туда читать статьи из далекого, дремучего прошлого.

Прочитав первый лист, Цой шмыгнул носом и взялся за перо.

– В тридевятом царстве, тридесятом государстве…

– Сань, давай посерьезней и молча, а? – поморщился Жаров.

– Да это было-то всего один раз. Три года тому назад, – отмахнулся Александр, начавший старательно выводить буквы на белом листе.

Жаров поднялся и принялся ходить по классу, задумчиво потирая подбородок:

– Слушайте, пацаны, а кто этого Сердюкова знает?

– Которого судить будут? Я пару раз пересекался с ним, – ответил Цой.

– Да? И что можешь о нем сказать?

– Лошара, чмошник и рукожопое рачелово.

– Сань, ну я серьезно спрашиваю ведь!

– А я шучу, Жар? Хреновый он человек. Вредный, жадный, лживый. У меня вообще ощущение, что он был в одной из зачищенных нами банд, но вовремя перекрасился, почуяв близость нашей революции. Хотя… Я, может, его с кем-то путаю…

– Твои ощущения еще не повод для смертной казни, – покачал головой Андрей и задумчиво уставился на лежавший на подоконнике пистолет, что он забрал утром у Крашенинникова.

– А с чего смертная казнь-то? – спросил Цой.

– Ты забыл? Он помимо всего прочего украл патроны. Это значит, что судебное жюри поместит в жребий наказаний, который будет тянуть подсудимый, еще и смертную казнь.

– Да и хрен с ним. Может, тогда переведутся всякие Сердюковы?

– Нас слишком мало, чтоб разбрасываться людскими ресурсами.

– Да, – отозвался Гора."

"– Постарайся сделать так, чтоб гильза со смертным приговором не попала в жребий, который придется тянуть этому Сердюкову. Пусть лучше на каторге отрабатывает. Всяко пользы больше.

– Постараюсь, – сонно кивнул Евгений.