Кот в мешке

Насколько она помнила, Татьяна Ларина была брюнеткой, так что малиновый цвет ей подходил.

Хотя.., все время бледная, без улыбки, нарочито скучает на светских приемах… Лола не любила пушкинскую героиню еще со школы, считая непроходимой занудой. Даже влюбилась она в Онегина как-то скучно, только письма писала и слушала молча, как он ей выговаривает. Когда в школе, в девятом классе они ставили «Евгения Онегина» в драматическом кружке, Лоле досталось роль хорошенькой хохотушки Ольги, и, честное слово, Ольга имела у публики гораздо больший успех, чем Татьяна…

Лола очнулась от воспоминаний и еще раз внимательно оглядела себя в зеркале.

Жакет отлично подходил к ее нынешнему внешнему виду. Оказалось, что купила она его не зря, как чувствовала, что понадобится.

Похвалив себя за предусмотрительность, Лола посильнее надушилась и отправилась в театр.

* * *Ресторан «Логово динозавра» был оформлен под мрачную, полутемную пещеру.

Источниками света здесь служили несколько дымных, чадяших факелов, прикрепленных к грубо обработанным стенам, да еще один, совершенно особенный источник. В глубине зала на полу распласталось огромное клыкастое и когтистое доисторическое чудовище, и из его разинутой пасти вырывались мрачные языки пламени.

— Ну и ну! — проговорил Маркиз, оглядываясь. — Ничего не скажешь, дизайнер постарался!

Чувствуется ощущение времени, прямо-таки пахнет каменным веком… Хотя как-то мрачновато и неуютно…

К столику, за которым расположились Маркиз и Рудик, подошла официантка, наряженная в весьма кокетливое бикини из небольших кусков медвежьей шкуры.

Мило улыбаясь, девушка положила перед ними меню, написанное от руки на неровно вырезанном куске кожи.

— Хорошо, что не каменное, — заметил Рудик, и начал читать:

— Крылышки птеродактиля под папоротниковым соусом…

— Приготовлены из фазанов, соус действительно из молодого папоротника, — пояснила официантка.

— Печень бронтозавра по-мезозойски, — продолжал читать Рудик.

— Это фуа-гра, — уточнила девушка.

— Молодой диплодок по-юрски…

— Карпаччо из телятины, — последовал перевод.

— Ихтиозавр, поджаренный на углях…

— Свежая форель.

— Окорок тираннозавра…

— Филе миньон.

Рудик остановился на молодом диплодоке и печени бронтозавра, Маркиз выбрал ихтиозавра и крылышки птеродактиля.