Кот, который проходил сквозь стены

Родители Энди живут где-то в северной части штата.

– А как другие антиквары к нему относились? Его любили?

Айрис задумалась:

– Его все уважали, но некоторые считали, что он слишком правильный.

– Что вы имеете в виду?

– Как вам объяснить… В нашем деле нужно использовать любую подвернувшуюся возможность. Работаешь изо всех сил, а дохода никакого. Иногда мы едва можем уплатить за дом, потому что Си-Си вкладывает деньги во что-нибудь глупое – как, например, сегодня в эту пузатую печь. – Она вытерла рукавом мокрый лоб.

 – Так что если видишь возможность сорвать хороший куш, хватаешься за нее… А Энди всегда старался, просто из кожи вон лез, быть чистым и осуждал тех, кто пытался заработать пару лишних долларов. Кому ж такое понравится? Но не печатайте об этом в газете. В целом Энди был чудесным человеком. Таким внимательным, заботливым!

– Например?

– Ну, во-первых, он всегда хорошо обращался с Папой Попопополусом, продавцом фруктов. Все остальные просто не обращают внимания на бедного старика… А еще Энн Пибоди.

Когда антиквары собирались вместе, Энди всегда беспокоился о том, чтобы Энн присутствовала, даже порой чуть не на руках ее приносил. Энн девяносто лет, а она все еще держит лавочку, хотя за последние четыре года не продала и крупинки соли. – Утюг легко ходил по спортивной рубашке в красно-серую полоску. – Что в нашем деле хорошо, так это то, что не надо носить белые крахмальные рубашки.

– А у Энди хорошо шли дела? Я имею в виду в финансовом отношении.

– Думаю, неплохо. Он писал статьи в журналы, читал лекции по антиквариату на вечерних курсах.

Каждому из наших приходится подрабатывать на стороне – если нет богатого дядюшки. Вот Си-Си – профессиональный пикетчик. И в то утро, такое холодное, он тоже работал.

– Где?

– Не знаю. Он идет туда, куда посылает агентство. Ему работа нравится, да и платят в плохую погоду в полтора раза больше.

– И у мисс Дакворт есть дополнительный заработок?

– Ей-то зачем? Я думаю, у нее денег хватает. Она продает отличные вещи – избранным клиентам.

У нее есть шератоновский[3] ломберный столик, за который я бы ничего не пожалела! Но это не для нас…

– Я удивился, откуда в Хламтауне такой дорогой магазин.

– Мне кажется, она хотела быть поближе к своему другу. А место не так и важно: покупатели пойдут на край света за тем, что ищут.

– Но разве не рискованно держать ценные вещи в таком районе?

Айрис нахмурилась:

– Вы совсем как все остальные! Думаете, что район, пришедший в упадок, – рассадник преступности.