Кости. Навье царство (СИ)

На первом этаже — продуктовый гипермаркет, со второго по пятый —

море шмоток, обуви, сумок и прочей потребительской дребедени, а с шестого по

восьмой размещались всевозможные развлекаловки: ресторан, кофейни, булочные,

боулинг, огромная детская комната, спортивный клуб и много чего еще.

— Вы только представьте, —

заливал он девушке продавцу, пока я вертелась в примерочной, рассматривая себя

в новой юбке, — я практически вырвал ее из зубов этого пса! Он вцепился в ее

булку и зарычал!

Лиходеев обрисовал в воздухе мою попку, словно держал баскетбольный мяч, а второй начала бороться с невидимым псом, пытаясь оттащить того от аппетитной цели.

— Да вы что-о? — округлила

глаза голубоглазая шатенка, игриво поигрывая бусиками, что виднелись в вырезе

строгой офисной блузы.

— Да! — кивнул серьезно

Тим, а затем поиграл бровями, кивая в мою сторону, — у нас с сестрой много

общего. Мой зад такой же зачётный, как и у нее, правда ведь?

И этот бог пикапа

развернулся к ней, демонстрируя подтянутую, мускулистую задницу в льняных

шортах.

Девушка захихикала,

смущенно кивая.

Я закатила глаза, выходя в

обновке.

— Ну как? — тут же оживился

Тим."

"Я покрутилась перед ними двумя на месте, демонстрируя легкую летнюю юбку темно-синего цвета в мелкий белый цветочек. Она была чуть выше колен и струилась по фигуре, мягко ложась по бёдрам.

— Вам очень идет, — покивала консультант.

— Годиться, — поддакнул Тим. — Скажи сестренка, а там, — многозначительный кивок в мои нижние девяносто, — правда…

Не дала ему договорить.

— Берем! — на стол положила

уже оторванный ценник и карту.

Тим продолжал клеить консультанта

и я решила оставить их наедине, чтобы он, наконец-то получил то, ради чего

старался — ее телефон.

— Бро, — похлопала его по

плечу, пряча чек в кошелек, — схожу нам за мороженым, догонишь?

В его глазах плясали

чертята, честное слово! Сейчас Лиходеев, без преувеличения сверкал как новый

пятак!

— Конечно, систер! Мне, как

всегда, — и прикусил губу, чтобы не заржать, потому что я уже открыла было рот,

чтобы спросить, какое это — как всегда.

“Да он издевается!

Совершенно не переживает, если она словит его, НАС на вранье! Что это?

Самоуверенность? Вседозволенность или пресыщенность женским вниманием?”

Почему-то вспомнился

доберман и Горынев.