Космоэколухи

 – Она вообще красная, какой смысл к ней выходить? Повисели в одном месте космоса – теперь, ради разнообразия, повисим в другом?

– Она рабочая, просто старая, часто ломается и никак не может пройти сертификацию. Но большинство воспользовавшихся ею кораблей докладывало об успешном гашении.

– По-моему, мы и успех – понятия несовместимые, – проворчал Станислав. – А вот сюда зачем? Это же крюк получается!

– Зато через все зеленые. Так надежнее.

– Дэн, – капитан отчаялся совместить свою логику с кибернетической, – скажи честно: конопля в каюте Теодора – она еще там? И все листики на месте?

Навигатор стойко выдержал его взгляд.

– Мы будем на Мераке через восемь дней, попутно забросим на Лиду елку, а если повезет, то и консервы на «Д-23».

Станислав снова посмотрел на схему. Ее бредовость по-прежнему зашкаливала – как и соблазнительность.

– В конце концов, что мы теряем? – озвучил его мысли пилот.

– Здравый смысл, – вздохнул капитан, безнадежно пытаясь вспомнить, когда в последний раз его видел.

– Под мою ответственность, – закончил Дэн. – Я помню.

* * *Утром в некоторых икринках появились большие серебристые глаза. Они вразнобой двигались, отчего казалось, будто в паутинном коконе лениво ворочается единое крапчатое существо. Розовое сияние поугасло, рассыпалось на отдельные мелкие точки.

– Ну хотя бы часть икры развивается нормально, – заметил Вениамин, медленно водя по грозди лучом медицинского фонарика.

– И уже вот-вот вылупится, – огорченно заметила девушка. – Что же делать? В энциклопедии написано, что меракийцы откладывают икру на нависающих над реками скалах, личинки падают в воду и течение уносит их к океану.

– Реки у нас нет, – вздохнул доктор.

– Может, подставить под гроздь ведро? – предложила Полина. – Хоть что-то.

– А толку? В него и десятая часть не поместится.

– Ну два ведра… – Обрекать личинок на неминуемую гибель было еще жальче, чем морозить икру.

– Это все равно не выход. В таком маленьком объеме вода быстро испортится, к тому же личинки начнут расти и частью снова придется пожертвовать. Разве что всю каюту затопить, – невесело пошутил доктор.