Кошки-мышки

У него было такое чувство, словно кто-то собрал грязь со всего города, запихнул ему в рот и заставил проглотить…

Он жил в самом красивом, самом цивилизованном городе Северной Европы, но каждый день вынужден был иметь дело с самой темной и враждебной его стороной. Ребус высосал из бутылки остатки пива и подержал во рту пену, как ребенок, балующийся с зубной пастой. Пену напоминало и расследование, в которое он ввязался. Никакой осязаемой материи. Одни пузыри.

Кстати, о пене. Пожалуй, он добавит в воду пену для ванны.

Кто подарил ему этот флакон? Ах да. Джилл Темплер. А почему? Она отчитала его за то, что он никогда не моет ванну.

— «Моет ваше тело — и вашу ванну, — наставительно прочла она ему надпись с флакона. — И снова делает купание веселым занятием».

Он предложил испытать последнее утверждение вместе — и она согласилась.

Эй, Джон, ты, кажется, снова впадаешь в меланхолию. Да, она ушла от тебя к какому-то тупоголовому диск-жокею с немыслимым именем Кэлум Маккэлум.

Но это не конец света. Небо не упало на землю. Катастрофы не произошло. Только… Ронни, Трейси, Чарли, Джеймс и прочие. А теперь еще и Хайд. Ребус начинал понимать истинный смысл выражения «смертельная усталость». Он погрузился в обжигающую ванну и закрыл глаза.

Четверг

Дом добровольного рабства… и скрывшийся в нем от глаз людских затворник.

Он устал смертельно. И совершенно не выспался. Холмс зевнул и поставил поднос с кофе на тумбочку. Каким-то чудом он поднялся сегодня до того, как будильник автоматически включил радио.

Он успел сварить кофе и вернуться из кухни, и лишь тогда приемник ожил. Если у него будут свободные полчаса, он обязательно перенастроит эту орущую коробку на «Радио-3» или какую-нибудь другую станцию. Беда только в том, что под «Радио-3» он в ту же минуту захрапит снова, тогда как грохот хитов и бессмысленные шутки Кэлума Маккэлума мгновенно сбрасывали его с постели в состоянии полной готовности к схватке с новым днем.

Холмс выключил радио.

— Кофе, — сказал он. — И подъем.

Нелл подняла голову с подушки и приоткрыла глаза.

— Уже есть девять?

— Еще нет.

Она сладко зевнула и перевернулась на другой бок.

— Разбуди меня, когда будет.

— Пей кофе.

Он погладил ее по плечу. Плечо было призывно теплым, но он все же выпрямился и вышел из спальни. Сделал несколько шагов, остановился и вернулся назад. Загорелые руки Нелл обвились вокруг его шеи.