Коржик для Мохито

Жидкость была теплой, припахивала лекарствами, но он лакал и не мог остановиться – Борислав кормил и поил только Тишу, наказывая строптивого раба голодом и жаждой. Кенжебек не знал, сколько бы еще он продержался, прежде чем начать отбирать еду и воду у медвежонка – сегодня жажда стала уже невыносимой – и сейчас пил и радовался тому, что пытка закончилась.

– Ты меня слышишь? – волк говорил громко и четко. – Мы отвезем тебя в больницу. Нужно, чтобы тебя и ребенка осмотрел врач. Ты свободен, тебе не придется сюда возвращаться, если только сам не захочешь.

При этих словах гролар отчетливо зарычал. Волк повернулся к нему:

– А если он скажет, что это обычное семейное развлечение и у него нет претензий? Ты же знаешь, как бывает.

Гролар втиснулся на переднее сиденье, громко хлопнул дверью.

– Мы отвезем тебя к врачу, – еще раз повторил волк. – Пожалуйста, лежи тихо, не пытайся выйти из машины на ходу.

Кенжебек вылизал остатки воды и понял, что его вот-вот стошнит. Тело бунтовало, но сознание немного прояснилось.

Все увиденное и услышанное – выстрелы, крики, выбитые окна и Борислав в наручниках – могло толковаться двояко. На хутор явилась или полиция, которой Борислав откровенно боялся, хотя и маскировал это презрительным смехом, или конкуренты, решившие отжать у обнаглевшего пещерника дорогостоящий товар. Вертолет на поле подталкивал к полицейской версии, конкуренты бы с таким размахом не действовали, но Кенжебек решил выждать, чтобы убедиться наверняка.

– Еще воды? – спросил гролар, просунувшийся между спинками сидений.

Кенжебек рыкнул, вспомнив лекарственный привкус – а если хотят усыпить, отравить? Нет, лучше потерпеть до того момента, как он сбежит.

Гролар отодвинулся, сцепил пальцы до хруста, спросил у волка:

– Можешь быстрее?

– На трассе маячки включу, нагоним. Тут, на гравийке, ухабов полно."

"Волк не соврал – как только машина выехала на ровный асфальт, по ушам ударил пронзительный визг сирены. Это добавило гирьку на чашу весов, склоняющуюся к полицейской версии.

Конкуренты, совершившие налет, или покупатели строптивого раба, не стали бы въезжать в город, козыряя мигалками и сиреной. Кенжебек почти успокоился, накрыл сползающего с сиденья Тишу лапой, и продолжил наблюдение. Путешествие по городу было коротким. Гролар и волк переругались – волк желал ехать по навигатору, а гролар требовал свернуть в проулок. Победила медвежья воля, и это напугало – Кенжебек почувствовал холодную ярость альфы и вжался в сиденье.