Коррида на раздевание

Медленным шагом я вышла из кондитерской и побрела к машине, слушая Вульфа, который спокойно объяснял, как обстояли дела.

Роза Леопольдовна, поняв, что деньги, которые она взяла в шкафу, иссякли, занервничала и позвонила мне, но я в тот момент разговаривала с Жестянкиной, поэтому трубка стояла в режиме «без звука». Киса же, сообразив, что кукла останется без приданого, запаниковала, сказала: «Она умрет». Краузе стала успокаивать девочку:

– Игрушка не может скончаться.

И тут Кисуля протянула ей руководство по использованию Клеопатры Евгеньевны.

"– Отправил его тебе на почту, – говорил Вульф, – я прочитал бумагу, велел Розе потрошить карточку. Посмотри сама руководство и поймешь: иначе поступить было нельзя. Извини, клиент подъехал. У меня время другое. На пару часов меньше, чем в Москве. А-а-а! Понял, почему ты не забеспокоилась. Муж в командировке, а покупки сделаны в столице по его запасной кредитке, которая дома в столе лежала. Признайся, Лампудель, находись я в Москве, получил бы от тебя по шапке.

– Глупости, – сказала я.

Макс засмеялся и отсоединился, а я молча влезла в машину.

Я не ревнива, нет, совсем не ревнива, я просто потеряла голову, увидев в счетах строку «Магазин для новорожденных». Я вмиг потеряла способность мыслить и напрочь забыла, что Вульф в другом городе… Послышался тихий звук, прилетело письмо от супруга. Я села за руль и открыла послание.

«Кукла-младенец. Полная имитация настоящего ребенка. Взрослый человек заводит игрушку ключом, тщательно прячет его и вручает ляльку девочке или мальчику.

Я читала инструкцию и понимала, что Кисе достался искусственный младенец, она теперь с утра до утра вынуждена им заниматься.

«Если девочка-мальчик плохо ухаживает за игрушкой, она умирает. Ребенку надо объяснить: смерть это навсегда, ты виноват в том, что случилось.