Жрец Хаоса. Книга II

Пепельный — пассивка регенерации, ускоренной реакции и выносливости. А синий…

— А синий? — не удержался я.

Он усмехнулся, и в его глазах мелькнул отсвет воды.

— Оборотничество. Смена ипостаси. Так что все цвета, которые ты различаешь — просто разложение магии на составляющие: силы, способности, возможности. Одни активные, другие — фоновые. То же самое ты видел в княжнах Эстерхази…

— Грязно-жёлтый?"

"— Именно. Основной цвет — жёлтый, потому что их стихия — огонь. Но присмотрись внимательнее: там будут и другие оттенки.

Другие виды магии. Вот почему в магической проверке артефактов используют несколько камней-образцов — чистые силы не всегда удаётся выделить в смешении. Взгляни на Эльзу: её энергомантия — серебристая, лекарское дело — зелёное, а третья направленность…

— Коричневая…

— Да. Она сама тебе скажет, какая. Так что, если видишь мутные цвета — пробуй разложить их на спектр.

Я задумался, глядя на отражение особняка в воде. Почему-то вспомнился принц с его алыми всполохами в ауре.

— А если я увижу один яркий, чистый цвет?

Резван замер, потом медленно провёл рукой по воздуху, будто рисуя невидимую линию.

— Это редкая проявленность. Бывает, что один талант подавляет остальные, не давая им развиваться и забирая весь резерв. Такой маг становится уникально направленным… но и ограниченным. У него есть все шансы достичь невероятных высот в одной области, но другие пути для него закрыты. Говорят, основатель династии Пожарских был чистым элементалистом — в нём горело только пламя, без примесей.

Ни пассивных способностей, ни иных сил. Так что чистый спектр — это и перспектива, и приговор.

Я вздохнул, подбирая слова для следующего вопроса.

— Господин Резван… а вы видите магию в конструктах? В артефактах?

Он покачал головой, бросая камешек в озеро.

— Нет. Я вижу только цветную дымку — магический конструкт, которым маг управляет сейчас. Энергомант чувствует силу, направленную на него, и, как батарейка, впитывает её.

Конструкт можно поглотить, если понимаешь его природу… но вот отдельно стоящие ловушки, древние проклятия, благословения — в пассивном состоянии мы их не видим. Они не управляются в моменте. Разве что в секунду срабатывания, когда волна силы уже летит в тебя. Тогда — да, с ней можно работать, но успевают далеко не все.

Я молчал, глядя, как круги от камешка расходились по воде. С одной стороны, моя способность не казалась теперь такой уж уникальной.