Жрец Хаоса. Книга II

Причём очень интересно, что, судя по всему, гувернантка была кем-то вроде должника семьи императрицы — этаким телохранителем, отправленным для присмотра.

Что-то у меня совсем ничего не вязалось. Откуда же тогда внутри неё жила астральная тварь?

Заметив некоторую растерянность на моём лице, а вернее, мыслительный процесс, пытавшийся выстроить картину мира и оправдаться перед императрицей за всё происходящее, Лассия Расхес, которую все знали как фрау Листен, обернулась ко мне, скривив такое лицо, от которого хотелось бы удавиться:

— А ты, неуч, в следующий раз хотя бы дождись, пока я произведу хоть какие-либо действия.

Из-за тебя девочка осталась без подпитки.

Теперь уже и мы с принцем переглянулись, совершенно не понимая, о чём говорила фрау.

В этот момент в детскую ворвалась императрица. Лицо её пылало от гнева, и, увидев нашу компанию возле дочери, она сделала несколько глубоких вдохов, сжала и разжала кулаки и, обдав нас с принцем снежной пургой, выдала:

— И почему я не удивлена?

Императрица уже успела переодеться в домашнее платье, больше напоминающее ночную рубашку, и сверху накинуть шёлковый халат, при этом выглядела весьма соблазнительно.

Пришлось отвести взгляд, чтобы не выказать собственной заинтересованности. Однако же, как и всякая женщина, Мария Фёдоровна заметила, как я оценивающе прошёлся по её фигуре, и испытала от этого некоторое моральное удовлетворение. Без разницы, сколько исполнилось женщине: сто, пятьдесят или пятнадцать лет — им всё равно приятно мужское внимание, даже оказанное украдкой.

— Купол! — скомандовала императрица принцу, и тот тут же нажал на камень у себя на перстне. Вокруг нас снова замерцала белоснежная пелена, не позволяющая никому слышать нас.

— Княжич, у вас удивительный талант совать свой нос в чужие родовые секреты, — видно было, что Мария Фёдоровна сдерживается в формулировках, однако же её совершенно не радовала моя компания в полночь, да ещё и в спальне собственной дочери.

"

"Было бы принцессе лет пятнадцать-шестнадцать, и компрометирования Елизаветы Алексеевны избежать не удалось бы. Не спасло бы меня даже заступничество принца.

— Что здесь произошло? — тон императрицы не предвещал нам ничего хорошего.

Пока я, принц и фрау Листен обдумывали, с чего бы начать, за нас произошедшее рассказала принцесса Елизавета:

— Мамочка, мамочка, пришла фрау Листен. Она рассказывала мне сказки и убаюкала меня.