Корона полуночи

Откуда? Селена все эти дни молчала. Фалипа — не из болтливых, да и его гвардейцы языками чесать не станут. Наверное, его чувства к Селене были написаны у него на лице. Пожалуй, его даже жалели… Шаол едва сдержался, чтобы не дотронуться до покалеченной щеки.

— Охрану возле ее двери и ближайших окон не снимать, — приказал он Рессу.

Шаола ждало очередное собрание, где придворные опять будут кричать о недопущении эйлуэйских мятежей, которые могли вспыхнуть после убийства принцессы.

— Если она выйдет, не препятствуйте.

Только постарайтесь немного задержать.

Ресс понял: задержать настолько, чтобы ему стало об этом известно. Если кто и заговорит с ней (о Нехемии или о чем-либо другом), это Шаол. А пока он будет держаться в стороне, чего бы это ему ни стоило. Невозможность видеть Селену и говорить с ней были для капитана худшей из пыток. Слишком тесно его жизнь переплелась с жизнью Селены, начиная от бега по утрам до совместных обедов и поцелуев украдкой (их любимое развлечение в коридорах).

Без нее жизнь Шаола стала пустой. Но он и сейчас не представлял, как посмотрит Селене в глаза и заговорит с ней.

«Отныне ты — мой враг».

Это не было словами, брошенными сгоряча.

— Будет исполнено, — отчеканил Ресс.

Молодой караульный отсалютовал, а Шаол поспешил на очередное собрание. Их сегодня будет еще предостаточно. Советники и придворные яростно спорили о том, какую линию действий должно избрать Адарланское королевство в ответ на убийство Нехемии.

Шаол не хотел признаваться даже себе, но у него, помимо непрекращающейся скорби Селены, появился и другой повод для беспокойства.

Король созвал в Рафтхол всех правителей южных земель… в том числе и отца Шаола.

Обычно Дорин не возражал против охраны его королевского высочества. Но ему очень не нравилось днем и ночью находиться под бдительными взорами гвардейцев Шаола. Вид у тех был такой, словно наследного принца на каждом шагу подстерегала опасность.

Убийство Нехемии показало, что замок более не является неприступной крепостью. Королева и Холлин сидели взаперти в своих покоях. Большинство знати делали то же самое. Многие поторопились уехать из Рафтхола.

Рулан остался. Мать Рулана покинула замок на следующее же утро, едва узнав об убийстве принцессы. А вот двоюродный брат не уехал, объяснив матери, что сейчас Дорин, как никогда, нуждается в его поддержке. Так оно и было.