Корона из золотых костей

Киеран стиснул зубы, разрывая пополам цепь. Она упала по бокам от меня.

– Еще кого-нибудь узнала?

– Нет. – Сердце бухнуло. – Но Беккет… в храме был не он. Он… – Мой голос надломился. – Это был не он.

Киеран схватил второй ряд цепей.

– Поппи…

– Беккет мертв, – сказала я. Киеран бросил на меня взгляд и замер. – Они убили его. Не думаю, что так планировалось, но так вышло. Он мертв.

Киеран выругался и опять взялся за цепь.

– Янсен принял облик Беккета. Из Предела Спессы с нами выехал он, а не Беккет. Янсен во всем признался, а Аластир сказал, что собирается отдать меня Вознесшимся.

– Оно и видно, – сухо ответил Киеран, разрывая очередную цепь. – Проклятый идиот.

Я рассмеялась, и мой смех прозвучал хрипло и неуместно среди криков боли и яростного рычания. Так неуместно, но то, что я опять могла смеяться, было странно прекрасно. Смех замер, и я уставилась на брови Киерана. Мой голос перешел в шепот.

– Аластир сказал, что я происхожу от Никтоса. Что я родственница короля Малека, и в ту ночь, когда погибли мои родители, Аластир был там.

Мое внимание привлекло движение за плечами Киерана. К нам бросился человек в маске…

Не успела я крикнуть предупреждение Киерану, как тот очутился рядом – высокий и темный, как ночь, окутавшая развалины. Иссиня-черные волосы развевались на ветру. Я полностью сосредоточилась на Кастиле, когда его побагровевший меч вонзился в живот Защитника и воткнулся в стену за спиной человека в маске. Кастил развернулся, поймав за руку еще одного, и с угрожающим рычанием подтянул к себе.

Швырнув тело на землю, Кастил с перепачканным кровью ртом взглянул на нового нападавшего.

– Что?

Человек в маске развернулся и бросился бежать.

Кастил оказался быстрее, он догнал его в мгновение ока, воткнул кулак в спину и резко выдернул что-то белое, покрытое кровью и плотью. Позвоночник. Боги милостивые, это был человеческий позвоночник.

Киеран поймал мой взгляд.

– Он немного рассержен.

– Немного? – прошептала я."

"– Ладно, он сильно рассержен, – поправил Киеран и взялся за цепь, опутавшую меня под грудью. – Он обезумел, разыскивая тебя. Никогда не видел его таким. – Его руки слегка задрожали. – Никогда, Поппи.

– Я…

Я осеклась, когда Кастил развернулся. Наши взгляды встретились, и предстань передо мной сам Никтос, я бы не отвела глаз от Кастила.