Королевство плоти и огня

– Значит… это отвлекает?

– Нет, – солгала я, а потом добавила еще лжи: – Даже близко нет.

– А, я понял. Ты ослеплена.

– Ослеплена?

Я едва сдержала удивленный смех. И вот опять Кастил слегка расширил глаза, приоткрыл губы, и надменность исчезла. Он словно снял маску, но я не знаю, не сменила ли ее просто другая маска, тем более что это выражение быстро пропало, и его черты опять стали непроницаемыми.

Я медленно выдохнула.

– Нам не нужно обсуждать твое непомерно раздутое самомнение. Мы это давно определили. Нужно поговорить обо всей этой ерунде с браком.

– Нам нужно поговорить об этом, о нашем будущем. Но не сейчас. Уже поздно, я устал. А если я устал, то ты должна быть в полном изнеможении.

Я прищурилась.

– Для такого разговора мы оба должны быть полны сил, – добавил он.

– На такой разговор потребуется ровно столько времени, чтобы сказать: я не выйду за тебя замуж. Следовательно, ни о каком будущем говорить не нужно. Теперь разговор закончен, и тема закрыта. Видишь, как просто?

– Это не так просто, – тихо возразил он.

Раздражение прожгло во мне дыру.

– Может, потому что ты пытался заставить меня выйти за тебя замуж? Тебе это не пришло в голову?

– Возможно. – Он пристально смотрел на меня и некоторое время молчал. – Знаешь, почему я выбрал имя Хоук?

У меня подскочило сердце от такой внезапной смены темы.

– Я решила, что это было имя какого-нибудь бедняги, которого ты, скорее всего, убил.

Он рассмеялся, но без веселья. Я вдруг поняла, что его разный смех, как и выражения лица, и даже улыбки, тоже нечто вроде масок – каждый вид смеха представляет разных Кастилов, разную правду или фальшь.

– Это имя не принадлежало никакому бедняге. По крайней мере, я таких не знаю. Если такие и есть, то это чистое совпадение. Но я не просто так выбрал Хоука.

Я собиралась сказать, что мне все равно, но… мне не все равно. Боги, я хочу знать.

Он опустил руку.

– В Атлантии есть традиция давать второе имя, так сказать, среднее имя. Его дают в честь любимого члена семьи или друга.