Жрец Хаоса. Книга I

Гильдия магов запрещала смущать умы даже коллег мыслями о гигантских тварях: если скелеты указывали на пятнадцать–двадцать метров в длину, а размах крыльев — до полусотни, то какими магическими силами обладали такие монстры? Лучше не представлять. Потому крылья Васьки позаимствовали у горгулий — одного из символов рода Угаровых.

На автомобиле путь от столицы до поместья занимал четыре часа. На Ваське — всего полтора. Скорость, манёвренность и сила твари превосходили даже творения механикусов, хоть те и совершенствовали свои машины.

Увы, саму скорпикору ускорить Елизавета уже не могла.

Но проблема возникла там, где её не ждали. При вылете из столицы она упёрлась в магический купол, блокирующий полёт. В гильдии пояснили — идут военные учения. Запрет на воздушное перемещение усложнял задачу «дружественным отрядам»: координироваться приходилось на земле, без летучих подразделений, чтобы уметь выявить диверсантов по старинке.

«И то верно, — мысленно согласилась Елизавета. — Молодёжь должна учиться.

А то враг воспользуется слабостями — и все растеряются, забыв, как ногами ходить!»

Ваську пришлось выводить из города «под уздцы» — задача не из лёгких, учитывая редкость твари и толпы зевак. К счастью, гильдия магов располагалась на окраине, в магическом квартале, подальше от императорского дворца.

«Держать мастерские с экспериментальными полигонами у резиденции правящей семьи — всё равно что спать на пороховой бочке с зажжённым фитилем, — ехидно отметила про себя архимагиня.

— До такого идиотизма у нас ещё не додумались».

Дорога от гильдии до выхода из столицы заняла сорок пять минут — за это время она могла бы пролететь половину пути. Но деваться было некуда. Лишь пересекая границу оборонительных укреплений, Елизавета вскочила на спину Васьки и мысленно скомандовала: «Домой!»

* * *Я смотрел на стремительно приближающийся из-за крон деревьев отряд из десятка всадников на вивернах. Лица нападавшие скрывали под чёрными масками с прорезями для глаз и носа, и рта.

В голове крутились обрывки воспоминаний, густо замешанные на интуиции. Что-то было не так. Что-то царапало сознание, но я никак не мог ухватить эту смутную, липкую мысль, будто она ускользала, как рыба из мокрых рук.

— Эльза! — резко повернулся я к девушке. — Твоя мать была погонщиком костяных гончих… У них с вивернами тоже происходит единение сознания для управления этими тварями?

Она вздрогнула, словно я выдернул её из глубокой задумчивости.