Измена. Свадьба дракона (СИ)

Вейре Марите пришлось составить его, а меня усадить переписывать набело, но руки, словно заколдованные, сами портили бумагу. То я ставила кляксу, то забывал частичку «не», то подписала письмо именем вейры Марите. Тело сопротивлялась. Сопротивлялась оно и сейчас, когда чужеродная магия вытравливала из меня любовь к Рейнхарду.

Как ушел нир Байлок я не видела. Я лежала на песке и меня еще выкручивала судорога от пережитой боли, кажется меня стошнило.

— Иди, убери, — говорила кому-то Лоре. — Хватить корчить из себя королевского сына, сволочь рогатая.

— Рейнхард будет искать меня, — сказала еле ворочая языком, хотя сказать я хотела вовсе не это.

Кажется, Байлок что-то нарушил своим вмешательством в моем теле, в моей магии.

— Будет, только не найдет, — вдруг тихо сказала Лоре.

Я с усилием приподняла голову.

— Почему ты так уверена?

— Понимаешь… Будь мы в Вальтарте, он бы тебя нашел, но мы не в Вальтарте, — Лоре сочувственно понизила голос. — Мы в Иртании.

Ни о какой Иртании я раньше не слышала, о чем и сказала Лоре.

— Конечно не слышала, это информация из запрещенных книг. Страна ифритов, или, как ты их называешь, — демонов. А если быть еще более точным, то не страна, а мир. Туда, знаешь ли, нельзя ни приехать, ни прилететь, каким бы классным драконом ты ни был.

Страна ифритов… Получается, это как мой собственный мир, в который нельзя ни прилететь, ни доехать, только переместиться.

— Найдет, — заупрямилась я. — В одной из книг было написано, что связь Истинных дает преимущества паре, можно почувствовать, если одному из возлюбленных грозит опасность.

— Пф. Романтическая чушь для девочек младше семнадцати.

Я не сразу поняла, что мне ответила не Лоре, а ее демон. Он оказался совсем рядом, что-то проделывая с песком, но у меня совершенно не было сил, чтобы приподняться и посмотреть, что он там вытворяет. У демона и в самом деле были рога.

— А хвост у тебя есть?

Лоре захихикала, а ее демон окатил меня яростным взглядом, что в сочетании с ледяным выражением лица смотрелось жутко. Он весь был немного жутким, даже его красота отдавала потусторонним очарованием. Можно было любоваться сколько угодно, но дотрагиваться было страшно, было страшно смотреть в глаза.

К сожалению, нир Байлок окончательно сбил мне настройки.