Королевская кровь. Книга 3

С черного сердца Жреца капала кровь, падая на пятна крови Красного, и смешивалась сила соперников, застывая темными, бордово-фиолетовыми непрозрачными рубинами. Один из них, похожий на свернувшуюся руту, и подняла Богиня, зажала в ладони.

— Ты не поставил условие на свой запрет, муж мой, — сказала она сверкающему глазами Воину, — я сделаю это. Что кровью закрыто, то кровью и откроется, да будет так. Обет даю на века. И мир спасется, и Жрец вернется. А пока землю будут держать наши дети, и будет этот камень увеличивать их силу, чтобы дать ему время найти путь обратно.

И снова зазвенели небеса, принимая еще одну клятву — пророчество. Эхо этого звона, тонкое напоминание о том времени, до сих пор слышала она. И все братья слышали. Но им не требовалось напоминаний — все осознавали, что миру приходит конец, и мало что могли сделать, сдерживаемые запретом Красного. И сам он не мог пойти против своего слова.

"Он долго еще бушевал после этого — в Рудлоге запретили поклоняться Черному, упоминать его имя в молитвах. Казалось, ярость его никогда не выдохнется. И предательство Белого, и заступничество своей жены он не забыл. Но Синяя терпеливо ждала и плела свои нити, и знала она, что и другие братья искали выход. Много сотен лет прошло пока и Вечный Воин признал свою ошибку — совсем недавно, когда прервалась династия потомков Корвина Блакорийского, когда очевидны стали последствия изгнания Жреца.

В любой клятве есть лазейка, и богиня нашла ее — если они не могли вернуть изгнанника, то про людей ничего не было сказано. Люди могли удержать этот мир, люди могли вернуть его.

Но времени становилось все меньше, а раскинутые ею нити судеб все не сплетались, как нужно, и поколение за поколением слабели потомки богов — и слабела стихия Черного, поддерживаемая на Туре лишь одним его оставленным сердцем.

Богиня еще раз посмотрела на спящих детей и легко выскользнула в окно, чтобы продолжить свой путь. Огромной призрачной птицей пролетала она над землей и видела все, что происходит в домах и на улицах, у богачей и бедняков.