Королева восстанет

– Ты будешь держать меня в курсе событий? – тихо просила она, шагая вместе со мной в гостиную. Вид у вампирши был такой встревоженный, что это лишь еще больше меня подстегнуло.

– Обязательно, – пообещала я и крепко обняла ее на прощание.

Бриана скрылась в коридоре. Я же, напротив, повернулась в сторону двери в кабинет короля и глубоко вздохнула. Мне казалось, что я еще не готова встретиться с ним лицом к лицу. Наши отношения стали слишком болезненными. Слишком честными. И тем не менее он не верил ни единому моему слову.

Все, что я вчера говорила…"

"Как же это больно. Особенно ложь, которую он с такой готовностью принял.

Все это было не по-настоящему.

В тот момент Бенедикт так на меня посмотрел, как будто я наконец-то дала ему то, чего он хотел. Как будто ему больше не надо гадать, действительно ли я предательница, которой он меня считал, потому что в итоге я сама ему во всем призналась.

Пошел он к черту. Значит, так тому и быть. Он не желал мне верить, и я перестану перед ним объясняться. Но бороться не перестану.

Сделав над собой усилие, я постучала в тяжелую деревянную дверь. Из-за нее по-прежнему не раздавалось ни звука. Тишина царила так долго, что я почти подумала, что Бенедикта там вообще нет. Но когда я уже собиралась на всякий случай постучаться еще раз, дверь открылась и он оказался прямо передо мной. Черные классические брюки, светлая рубашка. Короткие волосы аккуратно зачесаны назад, борода недавно подстрижена.

Я застыла с поднятой рукой, на мгновение потеряв способность шевелиться.

– Что тебе нужно? – холодно спросил он.

Я сглотнула. До сих пор я не задумывалась, что Бенедикт будет предпринимать дальше в отношении похищения Лиры. Подчиняться он точно не станет: исполнить требования моих родных просто невозможно.

Вряд ли он мне расскажет, если я спрошу. Но, по-моему, ни один из этих вариантов – что бы они из себя ни представляли – нельзя назвать особенно хорошим выбором. Образумить маму и папу – это единственная надежда на мирное решение проблемы, которая у нас была. Нет, она и сейчас у нас оставалась.