Королева в ожидании

Он показал глазами, что должен быть наедине с принцессой, и она попросила фрейлейн выйти в соседнюю комнату и подождать, пока они закончат беседу."

"Как только они остались одни, барон сказал, что он приехал с поручением из Ганновера и что его имя не Стединг, а барон фон Элц. Принцесса удивленно взглянула на него, и он поспешил добавить:

– Прежде чем я передам вам предложение, с которым приехал, прошу Ваше Высочество пообещать, что если вы его не примете, то никому о нем не скажете.

– Обещаю, – согласилась Каролина.

– Мсье де Буш не настоящее имя. Моим спутником был Георг Август, наследный принц Ганновера.

– Ох! – выдохнула Каролина.

– Прежде всего я должен спросить вас, свободны ли вы от всех матримониальных обязательств и не связаны ли каким-либо образом с королем Испании?

– Я свободна.

– Наследный принц слышал так много рассказов о вашей красоте, очаровании и мудрости, что решил сам посмотреть, насколько слухи правдивы. Визит убедил его, что все слухи о вас не передают и сотой доли ваших достоинств.

Каролина была слишком взволнована, чтобы быстро собраться с мыслями. Она-то думала, что этот человек передаст ей послание от курфюрстины Софии, и была совсем не готова к такому предложению.

– Я не ожидала… – начала она.

– Ваше Высочество, любой влюбленный молодой человек нетерпелив… А поскольку Его Высочество наследный принц влюблен, он тоже сгорает от нетерпения.

Племянник Софии Шарлотты! Если она выйдет за него замуж, то будет жить под той же крышей, что и курфюрстина София.

– Я должна поговорить с братом.

– Естественно. Но умоляю вас не откладывать. И есть еще один вопрос. Если бы вы решили, что это предложение вам неприятно, оно должно остаться в полном секрете. Никто, кроме вас и вашего брата, не должен знать о нем. Курфюрст был бы крайне недоволен, если бы слухи просочились за границу. И в частности, есть один человек, который ничего не должен знать.

– Да.

– И вы скоро дадите ответ?

– Я должна поговорить с братом. Нет другой династии, с которой я бы мечтала породниться больше, чем с Ганноверской, но… мне надо подумать…

Барон поклонился и оставил ее.