Королева в ожидании

 – Желаю тебе счастливой жизни. И тебе тоже, Георг Август. Может быть, ты найдешь хорошую жену и счастливо – насколько это возможно на земле – проживешь отведенное тебе время.

Мария фон Пёлниц привела в спальню священника, и королева спросила, чего он хочет.

Он ответил, что пришел молиться вместе с ней.

– Позвольте мне умереть, не ссорясь с вами, – вздохнула она. – Долгие годы я изучала религиозные вопросы. Вы не можете сказать мне того, чего бы я уже не знала. И я умираю спокойно.

– Ваше Величество, перед лицом Господа короли и королевы так же смертны, как и обычные люди, – сказал священник.

– Я это хорошо знаю, – ответила она.

Потом София Шарлотта закрыла глаза. Когда она переступила порог неизвестности, на ее лице сияла светлая улыбка.

* * *Каролина увидела всадников, скачущих в Ансбах. Она сбежала по лестнице им навстречу. Конечно, они привезли письма от Софии Шарлотты.

Она стояла в зале дворца под фреской, прославлявшей Карла Буйного, когда посланцы подошли к ней.

– Ваше Высочество, – сказал один из посланцев, – плохие вести из Ганновера.

– Какие? – спросила она.

– Королева Пруссии умерла во время визита к своей матери…

– Умерла! – Каролина услышала слово, но не поняла, кто его сказал. Голова закружилась, глаза вдруг будто заволокло туманом. Это неправда! Какое-то наваждение! Такое несчастье просто невозможно.

Она схватилась за статую маркграфа, чтобы не упасть. И снова повторила голосом, полным беспредельного отчаяния:

– Умерла!

Больше сказать было нечего.

КАРОЛИНА ПЕРЕД СВАДЬБОЙ

Когда случается величайшее из вообразимых несчастий, человек не может просто сидеть и лить бессмысленные слезы, по крайней мере, если этот человек – курфюрстина Ганновера София. Теперь ей оставался только один способ продолжения жизни – с головой уйти в какое-то новое занятие.

"Надо сделать попытку заполнить пустоту, оставшуюся после невосполнимой утраты. Надо искать какой-то заменитель.

Принцесса Каролина, сама эмоционально подавленная, могла бы помочь Софии перенести великое горе. У них общее несчастье и общие воспоминания.

Молитва не приносила Софии успокоения, потому что, как она сама признавалась, ей хотелось упрекнуть Божественного Создателя или попросить у него смилостивиться над ней.