Королева в ожидании

– И по-вашему, он так и будет расти там… вдали от семьи?

– За ним смотрят, и у него есть обязанности.

– Вы непоколебимы.

Георг не скрывал, что ему надоело с ней пререкаться. – Вы должны выслушать меня.

Тут не о чем больше говорить, – он смотрел поверх ее головы.

Природный румянец скрывал небольшие пятна, оставленные оспой, золотисто-русые волосы, просто причесанные, локонами опускались на плечи. Привлекательная женщина с великолепным бюстом, подчеркнутым узкой талией и пышными бедрами. У нее была именно такая фигура, какая вызывала у Георга восхищение.

«В темноте все женщины одинаковы», – подумал Георг и зевнул.

– Нет, мне еще очень многое надо сказать, – воскликнула в ответ Каролина. – Я хочу, чтобы мой сын соединился со своей семьей. Ведь это мой сын.

– А мой внук, и у него есть обязанности.

– Прошу вас…

– Вы напрасно тратите время.

– Неужели у вас нет сердца… нет чувств?

– Нет.

– Неужели вы не можете понять родительских чувств к ребенку…

Он еще раз зевнул, на этот раз намеренно. Он прекрасно понимал чувство, которое испытывал к сыну. Он презирал этого парня. Порой он мог бы ненавидеть его, если был бы более горячим человеком.

– Фридрих останется в Ганновере, – повторил Георг.

– Вижу, что бесполезно упрашивать вас, – вспыхнула она, и хладнокровие на мгновение покинуло ее. Она не могла сдержаться. Она вспомнила, как родился Фрицхен и как счастлива она была, какие планы строила насчет его будущего.

– Он должен учиться управлять государством, – сказал Георг.

– Как управляете вы? – воскликнула она. – Вы не управляете. Управляют ваши немецкие друзья… Берншторф, Ботмер и Робетон, а им помогают Тауншенд, Уолпол и Стенхоп. Эти люди правят Англией, и вы с удовольствием позволяете им это делать. И при этом Фрицхен, имея перед собой такой пример, должен оставаться в Ганновере, чтобы учиться управлять.

Король удивился. И Каролина тоже."

"После минутного потрясения оба взяли себя в руки.

– Вы слишком взволнованы.

– Ваше Величество простит меня.

Король кивнул, и Каролина ушла.

Она медленно плелась в свои апартаменты и ругала себя:

«Какая глупость! Он будет ненавидеть меня.