Жена по контракту

Заторопился к выходу, а я так и стояла, прижавшись к прохладной стене спиной, и пыталась убедить себя, что всё будет хорошо.

Только почему-то с каждой минутой в это верилось всё меньше.

— Я знаю, что ты там. — Голос Арманда прогремел снизу, хотя он и не орал. Просто напуганной сном и этой ситуацией, мне слишком многое стало мерещиться. — Чего не выходишь?

Выдохнула, понимая, что прятаться дальше — бессмысленно. Если Арманд уже увидел меня, глупо изображать из себя сотканную из воздуха прозрачную субстанцию.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я не хотела мешать, — заявила и вздёрнула подбородок гордо, пряча за этим страх. Пошла вниз, вытянувшись струной, а мысли сплетясь в один тугой комок, обжигали. Чувство, что попала в ловушку, не отпускало, но я изо всех сил боролась с паникой. Нет уж, потом решу, что со всем этим делать, сгоряча рубить нельзя.

— Правильно, мешать мне нельзя. — Арманд стоял у самой нижней ступеньки, держа в руках бокал, и напряжённо следил за каждым моим движением.

Одетый в простые спортивки и тёмную футболку, с небрежно уложенными волосами, он казался таким родным и домашним, что на мгновение перехватило дыхание. Уголки его губ чуть подрагивали, словно Арманд пытался спрятать улыбку. — Но могла бы не изображать из себя разведчицу, всё равно ничего сверхсекретного мы не обсуждали.

Мне стало вдруг так стыдно, будто бы я сделала что-то противозаконное: следила, подслушивала, но, честное слово, встречи с глазу на глаз с тем мужчиной могла бы не перенести, а вернуться обратно в комнату не хватило силы воли.

Всё-таки слишком глубоко засела во мне мысль, что именно его визит тогда стал той последней каплей, после которой Юра не выдержал и сорвался. На самом деле, позорно сбежал, трус, но что-то же его напугало.

Однако того, что он гад никакой страх не оправдывал. А ведь когда-то Юра казался мне таким смелым, добрым, отважным… думалось, что за его спиной можно укрыться от любых бед и несчастий.

Всё-таки любим мы, женщины, выдумывать себе на пустом месте принцев в сияющих доспехах. А потом с этими “принцами” в ржавых латах жить приходится, и винить-то некого — сами виноваты.

Во всяком случае, в своей рухнувшей семейной жизни я никого не обвиняла, потому что бесполезно — сама ведь выбрала такого мужа, никто меня силком под венец не тащил. Вот и хлебала последствия большой ложкой.