Королева Тьмы

Лиловый Сумрак. Опал.

Деймон встретился с ним на полпути между Опалом и Зеленым.

«Отпусти, Заноза, прежде чем разорвешь Эбеново-серую».

С криком, в котором смешались вызов, боль и страх, Люцивар разжал руки.

Деймона наполнял гнев. Любовь направляла его. Схватив Ведьму, он с сокрушительной силой врезался в Зеленую сеть. Садист послушно попытался покружить ее, однако навыками эйрианского воина все-таки не обладал, поэтому сеть порвалась ближе к центру. Однако он продолжил перекатываться с Ведьмой в воздухе, и на Сапфировую паутину они приземлились с края.

Эта сеть тоже разорвалась, но теперь они летели медленнее. У Деймона было больше времени, чтобы притормозить, просчитать свои действия, выливая силу Черного Камня и борясь с полетом в бездну.

Они врезались в Красную, перекатились, остановились на секунду и помчались к Серому. Только половина нитей этой паутины разорвалась сразу же. Деймон упирался, как мог.

Черные Камни были практически осушены до дна, но он держался изо всех сил, когда они медленно начали падать к Черной паутине.

И ничего не произошло.

Сотрясаясь от пережитого, дрожа всем телом, Деймон уставился на Черную сеть, не в силах поверить собственным глазам.

Ему потребовалось не меньше минуты, чтобы усилием воли заставить пальцы разжаться. Наконец, уговорив себя отпустить Ведьму, он осторожно взмыл над паутиной. Возле ее плеча Деймон обнаружил два лопнувших предела. Бережно, осторожно он пригладил Черные шелковые нити поверх остальных цветов, окутавших ее своей силой.

Ведьму было невозможно рассмотреть за хаотически переплетенными разноцветными нитями, четко виднелся лишь маленький витой рог. Но этого оказалось достаточно.

«Мы сделали это, — прошептал он, и его глаза наполнились слезами. — Мы это сделали»."

"«Да, — тихо прошипел Лорн. — Вы ссправилиссь».

Деймон поднял глаза, огляделся. Когда он вновь устремил взор на Ведьму, она исчезла. И все остальное тоже.

15. ТеррилльСэйтан открыл глаза, попытался пошевелиться и обнаружил, что придавлен к полу двумя телами. Его сыновья. «Ох, ведьмочка, — подумал Повелитель, — надеюсь, это стоит уплаченной цены».