Королева Тьмы

— Если хотите заняться чем-нибудь полезным, отведите Деджаала в один из садиков и как следует вычешите. Как только вы привыкнете к нему, возможно, вам станет легче общаться со всеми нами.

— Если мне должно стать от этого легче, то, возможно, вычесать стоило бы Люцивара, — с намеком на язвительность произнесла Вильгельмина.

Сэйтан расхохотался:"

"— Дорогая моя, если хочешь поладить с Люциваром, покажи ему свой характер. Поскольку последние восемь лет мой сын бок о бок живет с Джанелль, он оценит это.

8. Кэйлеер— Ты уверен, что эта дорога ведет к Залу? — спросил Деймон, пригибаясь, чтобы пройти под низко нависавшей веткой дерева.

«Мы сошли с тропы, — напомнил Ладвариан. — Нам нужно перейти ручей, а у тропы нет моста».

— Мне не нужен мост, чтобы перейти через ручей.

Ладвариан покосился на туфли Деймона.

«Ты бы промок».

— Ничего, я бы это пережил, — пробормотал тот.

Выйдя из домика Терсы, он обнаружил, что Ладвариан ждет его, дабы проводить в Зал. Сначала Деймон решил, что это тонкое оскорбление и его не считают способным самостоятельно добраться до дому.

Что ему действительно не понравилось, это смутное ощущение, будто на него навесили ярлык человека, с которым надо нянчиться.

Он остановился.

— Послушай, с этим пора кончать. Может, я и не эйрианский воин, однако я способен пройти пару миль и не упасть в обморок, я могу перебраться через ручей и не промокнуть, если это необходимо, и мне совершенно не нужно, чтобы мелкий меховой мячик обращался со мной так, будто я не смогу выжить, оказавшись за пределами дома, полного слуг. Тебе все ясно?

Ладвариан восторженно вильнул хвостом.

«Да. Ты хочешь, чтобы с тобой обращались как с мужчиной из Кэйлеера».

Деймон качнулся назад на каблуках и внимательно посмотрел на шэльти.

— Я что, именно это сказал?

«Да, — произнес Ладвариан и рванул с места в другую сторону. — Сюда!»

Через минуту они уже стояли у ручья. Ладвариан небрежной трусцой подбежал к берегу и прыгнул. По идее, он должен был приземлиться прямо в воду, однако пес пролетел над ручьем и встал на все четыре лапы в футе от берега, широко усмехаясь по-собачьи.