Король интриг

Только под утро нашлась. Когда нашел, еле сдержался, чтобы в багажнике к родителям не отвезти.

Ого. Я думала, он мне сейчас про супервечер расскажет, а тут такое. Я даже присела от услышанного.

— А что с ней?

— Дура она, — говорит уже с закрытыми глазами. — Мне отец ее позвонил спустя час после того, как я домой вернулся. Мол, телефон выключен, а она ко мне вечером собиралась. Час подождали и потом начали вылавливать. Поэтому забрать тебя не смог.

Блин, противно так стало. Я еще радовалась, что она ушла.

— Сейчас с ней всё хорошо?

— Это вряд ли. Она еле на ногах стояла. Да и вообще, пусть мучается. Не будет больше вести себя как ребенок маленький.

— Злой ты, Назарка. Получается, она ж из-за нас прятаться от всех вздумала. А ты так…

— Глупости, — резко обрывает он меня. — Напомнишь, что мы тогда делали?

Пихаю его по ноге и встаю, комнату осматривая.

Негусто, можно сказать.

Шкаф во всю стену, кровать и тумбочка небольшая.

Черт.

Еще и предложенную пижаму взять не смогла. В джинсах спать? Эй, да кто, вообще, в джинсах спит?

Крокодил.

Завалился в брюках и лежит с закрытыми глазами. Правда уснул? Отлично. Я тут голову ломаю, в чем лечь, а он уже во сне на драконах катается.

— Суханов, раздевайся.

Притворщик. Только слова мои услышал, тут же сел и заинтересованно на меня посмотрел.

— Что? Так сразу? Ну и быстрая же ты, Немцова. А с виду вроде приличным человеком казалась.

— Че-го? У тебя все мысли об этом, да? Мне благодаря одному крокодилу спать не в чем. Снимай футболку, извращуга.

— Она меня раздеться заставляет, а извращуга я, — бурчит под нос, но руки поднимает и стягивает с себя белую тряпку, тут же отдавая ее мне.

— Отвернись.

— Подумаешь, какие мы стеснительные, — говорит, но отворачивается сразу же, предоставляя мне возможность стянуть с себя штаны, кофту и еще минутку постоять с мужской футболкой в руках, вдыхая ее аромат.

Носороги моментально же проснулись, но летать не стали, они петь начали. Гады прожорливые.

— Долго еще?

Ой, кажись, я тут занюхалась. Быстренько натягиваю вещицу на себя и радуюсь, что она мне как ночная рубашка.

— Всё. Смотреть можно.

А-а-а-а. Оторвите мне язык.