Король Драконов: сильнее смерти

 — Никто не думает на самом деле, что ты… э-э-э… пользуешься своей властью и соблазняешь девиц. Просто каждая из них мечтает стать твоей королевой, и не только потому, что корона у тебя красивая. Но и потому, что ты и сам ничего; а шансов у каждой примерно поровну. Вот они и бесятся.

— Дуры, — буркнул злой Демьен."

"И Зима туда же. Суровый старик-волшебник почувствовал печаль Ежинки и едва ли не потребовал у Демьена тотчас утешить ее. Демьен хмурил черные брови, хмыкал задумчиво, снова и снова припоминая крепкую руку старика, остановившую его.

Странно это… с чего вдруг Зиме так благоволить к серенькой лесной девчонке? Из-за того, что та за ним ухаживает? Ну, так и что с того? Мало ли у Зимы верных слуг, волков, песцов и троллей, которые защищают его и гибнут подчас? За кем он особо приглядывает? Да ни за кем… и, опять же, странно то, что этот нелюдимый и суровый, даже жестокий чародей вообще подпустил Ежинку к себе. Кто ж она такая?

— Хм, хм, странно это, — бормотал Демьен.

Ежинка ему понравилась. Именно своей непосредственностью, не жеманностью и абсолютным неумением кокетничать. Она была очень проста, в ее поступках не было двойного дна, и ей хотелось верить… Да нет, ей просто верилось, безоговорочно, сразу и навсегда! Она была настоящей; одним из тех чудес, которых в его королевстве оставалось все меньше.

И он самому себе не мог объяснить, как кто она ему приглянулась; как девушка? Но его не тянуло ее приласкать, коснуться. Как друг? Это было ближе к истине, но тоже не то.

Друг — это Дерек; это Уна. С ними можно поговорить обо всем, они все поймут и помогут дельным советом.

С Ежинкой было не так; с ней было уютно и спокойно, и на ее хрупкие плечи вовсе не хотелось взваливать свои проблемы и дела. Она была как огонек, возле которого отогреваешься и забываешь обо всем.

Словом, Демьен сам не понимал, кого он видит в лесном сереньком эльфе, и вовсе не хотел, чтобы она была хоть в чем-то похожа на зареванных девиц-претенденток на его руку и сердце…

— Сами разберемся, — бурчал Демьен сердито, понимая, что его больше всего оскорбило само предположение Зимы, что Король может чем-то Ежинку обидеть.

 — Что ж у меня, совсем сердца нет!?

— Эй, — вдруг окликнул его Дерек, замыкающий шествие. — А ты куда завел нас, повелитель девичьих сердец? Мы же должны были попасть туда, где она есть, то есть в кабинет Аргента. А мы попали…

Изумленный, Демьен остановился и огляделся вкруг.