Король Ардена

Мы все преодолеем. Только прошу, доверься мне. Как когда-то я доверилась тебе. Все будет хорошо, обещаю.

– Моя прекрасная Аврора…"

"Она грустно усмехнулась. Ей по привычке захотелось откинуть густые длинные локоны за плечо, но она вовремя опомнилась. Теперь вместо роскошной шевелюры были короткие пряди, которые Нора подровняла, чтобы прическа выглядела более опрятно.

Аврора небрежно указала на свой шрам.

– Уже не такая прекрасная.

Рэндалл осторожно провел подушечкой пальца по ее щеке, стараясь не касаться рубца.

– Самая прекрасная, – серьезно заключил он и припал к ее губам в глубоком поцелуе.

Аврора издала прерывистый стон. Как же она скучала по его губам!

В поцелуе не было животной страсти – лишь трепет и нежность. Будто через него Рэндалл хотел передать, что готов довериться ей.

Не отрываясь от его губ, Аврора потянула его за собой к кровати. Рэндалл на ходу снимал с нее одежду, а она мысленно благодарила себя за то, что надела платье, скроенное по северной моде: без многочисленных застежек, тесемок и ненавистного корсета.

Прервав умопомрачительно долгий поцелуй, она помогла Рэндаллу освободиться от штанов, и они вместе легли на кровать.

– Окно весь вечер было открыто, тут прохладно. – Он уже собрался накрыть себя и Аврору одеялом, но она перехватила его запястье и положила ладонь к себе на талию.

– Ты согреешь меня лучше любого одеяла, – с улыбкой прошептала она и снова поцеловала.

Ласковые умелые руки, прерывистое обжигающее дыхание, низкие хриплые стоны, вкусные мягкие губы – то, чего ей так сильно не хватало, Аврора сейчас получала сполна. Каждый поцелуй Рэндалла распалял жар под ее кожей, который стремился к низу живота и заставлял выгибаться навстречу крепкому мужскому телу. Желая быть как можно ближе, Аврора прильнула к Рэндаллу, но в этот миг грубый шов на уголке подушки задел порез на щеке.

– Может, нужно еще раз обработать мазью? – заботливо спросил Рэндалл и подул ей на щеку.

– Нет. – Она взъерошила его волосы. – Мне нужен ты.

Рэндалл чмокнул ее в нос, а потом обхватил за талию и перевернулся на спину, усадив ее сверху.

– Я твой. Только твой. – Он сжал ее ладонь и положил себе на грудь. – Навсегда.

Его глаза лучились бесконечной любовью и преданностью.