Король гордости (ЛП)

— Хочешь еще латте? — Чарли, мой любимый бариста, взял полдюжины пустых кружек, стоявших на моем столе. Было почти семь вечера; я была здесь с восьми утра. — Мы закрываемся через десять минут, но я могу на скорую руку налить тебе напоследок.

— Нет, все в порядке. — Я откинулась назад, чувствуя головокружение от недоверия, когда уставилась на цепочку электронных писем на своем экране. Мне пришлось подождать продолжения Джилл, но моя книга была уже там. Этого уже было не вернуть. — На сегодня с меня хватит.

Я так долго хотела закончить свою рукопись, и теперь, когда это сделала, я почувствовал необъяснимый укол печали.

— Уверена? Это будет за мой счет. Я твой должник. — Чарли одарил меня застенчивой улыбкой. — Я, эм, сделал предложение своей девушке. На тагальском. И она сказала да.

— О Боже мой! — Я снова выстрелила прямо вверх. Я учила его случайным фразам на тагальском каждый раз, когда приходила, но я не особо задумывалась о том, что он спросит, как сказать «Ты выйдешь за меня замуж»? Он также спросил меня, как сказать, что я игрок обороны в НФЛ, которым он совершенно определенно не был. — Это невероятно. Поздравляю!

— Спасибо. — Его лицо напоминало спелую свеклу. — В любом случае, как я уже сказал, твой следующий кофе за мой счет. Я бы купил тебе одну из этих, — он указал на мои пустые кружки — если бы ты не сделала заказ до моей смены.

— Не беспокойся об этом. Отплати мне тем, что вместо этого покажешь фотографии со свадьбы. Я очень любопытная.

Чарли рассмеялся и согласился. Пока он закрывал магазин, я схватила свой телефон и отправила сообщение в групповой чат.

Я: Я сделала это. Я отправила его. * эмодзи нервного лица*

Вивиан: Рукопись?"

"Вивиан: Это потрясающе. Поздравляю!

Слоан: Видишь? Я говорила тебе, что ты сможешь это сделать

Слоан: Я всегда права.

Алессандра: Мы должны пойти куда-нибудь и отпраздновать :)

Моя улыбка померкла. У меня не было настроения гулять с тех пор, как я рассталась с Каем. Каждый раз, когда пыталась, я вспоминала нашу совместную ночь в ""Верве"", и мое сердце снова билось так, словно его раскаляли на раскаленных углях.

Мой маниакальный писательский туман временно вытеснил его из моих мыслей, но теперь он с ревом вернулся с удвоенной силой.

Я должна позвонить ему.