Король гордости (ЛП)

Ты понятия не имеешь, что значит работать ради чего-то так, как работаем мы с Бертоном, и ты был настолько ослеплен своим комплексом превосходства твоей верой в то, что никто не сможет тебя тронуть, потому что ты настолько выше их, — что не видел, что было прямо перед тобой. Я даже намекнул тебе на Саксонскую галерею. — Виктор покачал головой."

"Значит, это он оставил мне ту записку. Он сделал это, чтобы подшутить надо мной, без сомнения. Я должен был связать все воедино раньше; кроме Изабеллы, он был единственным, кто был достаточно близко, чтобы дотянуться до моего кармана.

Но это была не та часть, на которой я зациклился. То, что он сказал перед этим, было.

— Твоя гордость — это твое падение, Янг, — сказал он. — И я здесь для того, чтобы документировать каждый шаг на этом пути.

Я позволяю ему разглагольствовать дальше. Он был слишком раздут от чрезмерной самоуверенности и карикатурного злорадства, чтобы заметить свою оплошность.

Ты понятия не имеешь, что значит работать ради чего-то так, как работаем мы с Бертоном.

Рассел жил в Лондоне, так что я не видел его лично с момента выборов. Он казался шокированным и ошеломленным, когда я позвонил ему, но что-то было не так. Его голос звучал почти слишком потрясенным, как у человека, пытающегося убедить своих друзей, что они заранее не знали о вечеринке-сюрпризе. В то время я не придал этому особого значения, потому что хотел повесить трубку как можно быстрее, но, оглядываясь назад…

Рассел Бертон, главный операционный директор.

Осознание поразило внезапной, ослепляющей ясностью.

Я проглотил проклятие и встал, игнорируя болтовню Виктора. Он отошел от результатов голосования и в настоящее время нес чушь о своем доме в Хэмптоне.

Двадцать минут спустя я запер за собой входную дверь своего пентхауса и набрал номер Тобиаса.

В Лондоне было два часа ночи, но он взял трубку, как и ожидалось.

— Чего ты хочешь? — Раздражение было горячим и горьким в его голосе. Это был голос человека, которого заставили отказаться от чего-то, чего он хотел, только для того, чтобы наблюдать, как это забирает кто-то менее достойный.

Я хорошо знал это чувство.

— О твоем отказе от участия в голосовании за генерального директора, — сказал я. — Нам нужно поговорить.