Копья и пулеметы

Только после этого Мзиликази понял, что переоценил свои силы, с остатками войска откочевал на север и больше на буров никогда не нападал. На новом месте он сделал одно полезное и вполне мирное дело – основал город Булавайо, существующий и поныне.

Точно так обстояло и с зулусами – первыми начали именно они. Воевать буры не собирались, они отправили депутацию к зулусскому королю. Делегаты буров сказали ему: они люди вполне мирные, хотят всего-навсего обосноваться поблизости от королевских владений, на ничейных, в сущности, ненаселенных землях, заниматься там землепашеством и пасти скот.

Зулусским королем тогда был Дингаан – тот самый убийца сводного брата Чаки. Тиран, изверг и садист, не заслуживающий иного определения, кроме как «кровавая собака». К тому времени он успел вырезать изрядное число своих подданных без всяких провинностей с их стороны, просто так, из патологической любви к убийствам и крови.

Дингаан выдерживал делегацию два дня, только на третий допустил пред свои светлые очи (это не моя ирония, а Мортона). И с ходу обрушился на главу делегации, одного из лидеров буров Пита Ретифа с попреками: мол, недавно какие-то люди в европейской одежде угнали одно из его стад – и это были явно твои люди, белый вождь!

Ретиф, точно знавший, что буры к этому скотокрадству не причастны, сказал, что это скорее всего люди кого-то местных вождей.

Через два месяца буры нашли угонщиков – действительно, люди одного из местных вождей, для маскировки напялившие европейскую одежду, – и стадо отобрали. В конце января 1838 г. Ретиф погнал его Дингаану. Его сопровождали шестьдесят шесть буров, около тридцати слуг-готтентотов и несколько бурских мальчишек, в том числе четырнадцатилетний сын Ретифа.

На этот раз Дингаан, получив назад своих буренок, был сама любезность. Скрепил своей подписью документ, по которому в полную собственность буров переходили те земли, которые они просили.