Корабль призраков

– Что ты несешь?

– Скорее приходи в себя, и пойдем. Сейчас сама убедишься.

Какая-то мысль все время подспудно мучила меня, какое-то воспоминание, связанное со вчерашним вечером…

Папка.

Ну конечно же, папка с документами старпома. Накануне я спрятала ее на самое дно чемодана, надежно укрыла вещами. И вот вчера ее не оказалось. По моему позвоночнику пробежал холодок, но я попыталась успокоить себя, взять себя в руки. В конце концов, это может выясниться в любой момент. “Без паники, майор Кардаш!”, кажется, так назывался тупой венгерский детектив из моего детства.

Карпик торопила меня, и, наскоро ополоснув лицо, я отправилась следом за ней.

В коридоре было непривычно тихо. На корабле, даже если он стоит на якоре, всегда присутствует множество звуков, они отражаются от переборок, пола и подволоков, они несутся наперегонки, и в любой момент можно ощутить их нетерпеливое дыхание. Сейчас “Эскалибур” молчал. Судя по всему, Карпик знала, что делает.

– Идем в рубку, – сказала она.

Рубка, или капитанский мостик, была святая святых “Эскалибура”.

Только один раз я поднималась туда вместе со всеми пассажирами, в день отплытия. Тогда нам показали все основные службы корабля, и меня поразило обилие приборов, способных оказать честь какому-нибудь “Шаттлу” многоразового использования. В рубке постоянно несли вахту рулевые, механики и кто-нибудь из командного состава. Заходить туда пассажирам запрещалось. Не сделали исключения даже для Карпика, чей внешний вид призван был умилять поросшие шерстью морские сердца.

– Ну в какую рубку, Карпик? Нас же туда не пустят.

– А мы и не спросим. Не у кого спрашивать.

– То есть как это “не у кого”?

– Я же тебе полчаса уже говорю, что на корабле никого нет.

– А мы с тобой?

– Мы – не в счет. На корабле нет команды.

– А куда же она делась? – глупо спросила я.

– Откуда же я знаю?

– Ничего не понимаю.

Так, вяло препираясь, мы наконец-то добрались до рубки. Карпик прошла вперед и смело толкнула дверь.

Рубка действительно была пуста.

Абсолютно пуста.

Она была не только пустой, но и мертвой. Приборы, которые работали всегда, теперь были отключены, экраны погашены, а из всех подручных средств функционировали только внутренний телефон и селекторная связь.

– Давай, – подтолкнула меня Карпик. – Вызови машинное отделение.

– Как же я его вызову?

– А вот, видишь, список телефонов, по отсекам и службам. Прямо с машинного и начинай.

Голова все еще была тяжелой.