Забери меня

Хочу проигнорировать, но телефон снова трусит.

Слишком много осечек, Эльвира. Слишком много. Так я могу подумать, что ошибся, выбирая тебя на роль жены.

Когда телефон начинает вибрировать в третий раз, я все-таки беру его в руки.

А там…

«Демид! Помощь твоя нужна».

«Срочно».

«Ответь мне».

Ни здравствуй, ни насрать.

Типичный Ёжик. Три. недели молчала, а тут выскочила и сразу с требованиями.

И тем не менее я отвечаю.

«Чего надо?» — быстро строчу, опустив телефон под стол, будто школьник под носом у строгой училки.

Отправляю и тут же крою себя матом. Да какая разница чего ей там надо. Меня это не касается.

«Мне от девственности избавиться надо».

У меня аж руки дергаются, и телефон с грохотом падает на пол.

Варвара прерывает свой рассказ и оборачивается ко мне, остальные тоже смотрят, а я как дебил едва моргаю и перевожу взгляд то на одного, то на другого.

— Демид Сергевич? — Мартынова вопросительно поднимает одну бровь, — у вас возникли какие-то вопросы?

Да. Только один. Что это блядь такое сейчас было?

— Телефон из рук выпал, — скованно кривлю губы в усмешке и ныряю под стол, едва не хряснувшись лбом о столешницу.

Пи**ец.

Меня хватает на то, чтобы достать мобилу, сесть ровно, напустить на себя серьезный вид и милостиво кивнуть:

— Продолжайте, Варвара Григорьевна.

Она продолжает. Я туплю. Не понимаю ни слова. Взгляд то и дело опускается на темный экран. Он больше не загорается, входящих нет.

Может не мне? Ошиблась номером?

Логично. Просто написала кому-то, что хочет…

Тормози, Демид.

То есть вот так запросто пишет кому-то что хочет потрахаться?

Тормози, мать твою.

Какого…

— Прошу прошения, — извиняюсь и под удивленными взглядами присутствующих иду на выход, — важный звонок.

Да, блядь. Важный! И нехер на меня так пялиться.

Меня просто вымораживает весь этот бред. Что за идиотские письма.

На ходу открываю мессенджер, раздражённо смахивая сообщения от Эльвиры с фотками нашего нового дивана. Достала.

Открываю инфернальное послание Ёжика и перечитываю его еще раз.

Мне надо избавиться от девственности.

Может она что-то другое имеет в виду.

Что, мать вашу? Что здесь еще можно иметь в виду?! Поточить карандаши?

Позаниматься физикой?

Останавливаюсь посреди коридора, сдавливаю пальцами переносицу и прикрываю глаза, пытаясь обуздать тот трындец, что разгорается внутри. Не выходит.

Ни черта. Наоборот, только хуже становится.

Достала.

Набираю ее номер и выслушиваю серию гудков прежде, чем раздается наглое:

— Привет, большой босс.