Контракт

– Никто из них не вступил в брак повторно? – помолчав, спросила она.

Я рассмеялся горько и резко.

– Дед в своем завещании поставил условие: в случае развода мой отец переходил на пособие. Мать деньгами распоряжаться не могла, поэтому они оставались в законном браке. Отцу было все равно: ресурсов у него хватало. Он изменял матери направо и налево, когда они были женаты, и продолжал после расставания. Они установили ежемесячные выплаты, и она жила, как хотела, и он тоже. Беспроигрышный вариант.

– А тебя во всей этой суматохе потеряли.

– Кэтрин, я никогда не участвовал в этой суматохе. Я был отвергнутым джокером в колоде. Однако в итоге это оказалось неважно.

– Почему?

– Когда мне было почти восемнадцать, родители отправились на какое-то мероприятие. Уже не помню, какое именно, какой-то важный прием. Они такое любили. По какой-то причине они уехали оттуда вместе, наверное, отец решил отвезти мать домой, и пьяный водитель врезался в их машину лоб в лоб. Оба погибли на месте.

– Тебе было грустно?

– Нет.

– Но что-то ты ведь чувствовал?

– Я почувствовал только облегчение. Мне больше не нужно было посещать мероприятия, на которые я не хотел идти, но куда меня посылали для вида. А важнее всего то, что мне не нужно было притворяться, что мне есть дело до отца и матери, которым всегда было на меня насрать.

Она издала странный звук и на мгновение склонила голову. Ее реакция меня удивила. Она выглядела жутко расстроенной.

– Поскольку они состояли в законном браке и их завещания не менялись, я унаследовал все это, – продолжил я.

– Поэтому ты можешь позволить себе такой образ жизни?"

"– Не совсем. Я редко запускаю руку в свои активы. Я использую наследство только для важных вещей, например, для покупки этой квартиры и оплаты образования. Я никогда не хотел жить жизнью своих родителей, легкомысленной и расточительной.

– Ты платишь мне из тех денег?

Я тревожно потер затылок.

– Я считаю, что ты важна, так что – да.

Она наклонила голову, ее волосы упали вперед и закрыли лицо. Я сел рядом и заглянул ей в глаза.

– Эй. Посмотри на меня.

Ее щеки блестели от слез, глаза были широко распахнуты, а пальцы так крепко впились в подушки дивана, что побелели костяшки.