Конкурс убийц

— А что с рукописью? Ее так и не нашли?

— Не нашли. Но у меня возникла мысль. Может, я и неправ в своих рассуждениях, но проверить их нужно. — Лев Иванович подобрал прутик и стал задумчиво чертить им по земле.

— Ну-ка, поделись своими соображениями, — предложил Крячко. — Две головы всегда лучше, чем одна.

— Я вот о чем подумал. Ольга, по утверждению ее подруги, оставила рукопись Леонидову, когда уходила от него. Можно предположить, что сделала она это в обмен на, скажем, быстрый развод, потому что собиралась выходить за Кирьянова.

— Ольга утверждала, что никогда раньше не стреляла, — напомнил Крячко.

— А ты бы признался на ее месте? — прищурившись на солнце, поинтересовался Лев Иванович.

— Ты думаешь, что она нечаянно стрельнула в Леонидова и, испугавшись, убежала с места происшествия, прихватив с собой и рукопись, и пистолет?

— Почему бы и не предположить, что именно так и было? Но тогда вопрос в том, почему она не выкинула пистолет? Не избавилась от него? И зачем ей рукопись, если она так и осталась лежать где-то мертвым грузом?

— А ты откуда знаешь, что она не была опубликована?

— Если бы роман был опубликован, то имя Веры Дробышевой, а именно под этим псевдонимом она печаталась, было бы известно так же, как известно имя ее второго мужа…

Гуров внезапно замолк и как-то странно, даже ошалело посмотрел на Станислава.

— Ты чего это так на меня смотришь? Словно тебя обухом по голове стукнули! — спросил Крячко.

— Стукнули, — согласно кивнул Лев Иванович. — Слушай, а где можно узнать, о чем был первый роман Кирьянова?

— В интернете, где же еще. — Крячко сначала с удивлением посмотрел на Льва Ивановича, но потом и до него дошло. — Ты думаешь…"

"— Предполагаю! — Гуров поднял указательный палец вверх, давая понять, что не просто думает, а хочет проверить свое предположение. — Но давай сначала выясним, дома ли жильцы нужной нам квартиры.

На звонок им никто не открыл, но из-за дверей раздался бойкий детский голосок:

— Никого взрослых нет дома. Приходите через час. Папа и мама уехали в магазин.

— А ты у нас мальчик или девочка? — поинтересовался Лев Иванович.

— Я Маруся, — ответила девочка и захихикала. — А рядом со мной Митя. Ему только полтора годика, и он не умеет говорить.

— А ты, значит, уже большая и умеешь, — улыбнулся Гуров.