Конкурс убийц

 — Ягодки будут, когда мы и выйти из номера не сможем, чтобы не наткнуться на какого-нибудь писаку, дежурящего у наших дверей.

Его прогнозы начали сбываться сразу же по выходе из лифта. На этаже была тьма народу. Причем это были не только гости отеля — писатели, журналисты и рецензенты, но и персонал гостиницы — парочка горничных, какой-то тип в униформе — не то посыльного, не то шофера отеля — и один из дежурных охранников. Гуров и Крячко сразу же выделили их из всей толпы и, переглянувшись, молча шагнули в их сторону, тогда как их жены спокойно направились к номеру, где остановились Гуровы.

— Здравствуйте, — поздоровался Гуров за руку с охранником. — Это хорошо, что вы тут стоите, но вот почему столько народу на этаже? Разве вы не должны следить, чтобы люди не толкались возле места преступления?

— Ну, в общем-то, я тут и стою, чтобы безобразий никаких не случилось, — тут же нашелся с ответом немолодой уже охранник. — Но никто ведь близко к номеру не подходит. Да и вон, — кивнул он в сторону Андрея Лемешева, — оперативник стоит.

Словоохотливый охранник и дальше бы объяснял то, что и без слов было видно и понятно, но Лев Иванович его перебил:

— Кто сегодня дежурил на этаже из горничных?

— Я, — пискнул кто-то за его спиной тонким девичьим голоском.

Лев Иванович оглянулся и увидел симпатичную девчушку лет девятнадцати-двадцати, круглолицую, с ямочками на щечках и с глазами, похожими на две черешенки. Кудрявые черные волосы горничной были спрятаны под бело-голубой платочек, и только одна непослушная завитушка выбивалась кокетливо на висок.

— Вас как зовут? — спросил он и, взяв ее за локоток, повел в сторону от остального народа. Станислав сразу же приступил к опросу второй горничной — худой и высокой женщины лет тридцати шести, крашеной блондинки, которая назвалась Катериной. Гуров, краем уха услыхав имя, подумал: «Наверное, та самая, которая нам доступ на крышу открывала». Эта мысль отвлекла его, и он не расслышал, как назвалась девушка.

— Простите, я не расслышал.