Конкурс убийц

Онейка была рекой не широкой, но чистой, местами у воды виднелись шезлонги и зонты от солнца. Гуров рассматривал через запыленное стекло сияющие чистотой высокие, отливающие первозданной голубизной окна, разноцветную черепицу крыш, делающую строения похожими на пряничные домики из сказки. И думал о том, что любой ребенок, живущий здесь, оказавшийся на его, Гурова, территории, немедленно бы заплакал, решив, что его похитили бомжи.

«Почему я считаю Аджея жертвой обстоятельств? — продолжил размышлять Гуров. — У всех есть прошлое.

— Приехали.

Сизый припарковал машину. Гуров вышел и остановился, задрав голову, чтобы обозреть место прописки пропавшего Сифонова Андрея Викторовича. Менее опытный человек, возможно, заколебался бы, подбирая слова, чтобы описать увиденное. Гуров опыт имел, по генеральским дачам хаживал. И отдавал себе отчет в том, что дом Сифона можно смело сравнивать с дворцом. Для полного сходства не хватало ажурных ворот ручной ковки и белых павлинов, пасущихся на газоне.

Сизый тоже вышел, встал рядом. Откашлялся, спросил, понизив голос:

— То есть мы сейчас вежливо попробуем войти, я верно понимаю? Чего искать будем?

Гуров глубоко вздохнул, оправив рубашку и волосы. Потрогал удостоверение в нагрудном кармане, пожалел, что не при форме. Окинул лейтенанта придирчивым взглядом и остался доволен.

— Когда найдем, узнаем. Ты про него мне такого рассказал, что там по любой обертке от жвачки можно уголовное дело заводить.

Витя выпрямился, задрал подбородок и шагнул следом.

У ворот оказалось достаточным представиться и говорить официальным тоном. По хрустящему, как в голливудских фильмах, гравию подъездной дорожки они подошли к дому, и Гуров нажал на кнопку звонка. Мелодии, разлившейся по явно пустому дому, позавидовали бы колокола храма Христа Спасителя.