Конфидент для призрака

– Итак, девушка должна быть красива, образованна, обладать грамотной речью, интересоваться искусством. По профессии — желательно что-нибудь, связанное с журналистикой, СМИ, но не блогер. Что ещё? Полагаю, что об умении вести беседу, элегантно одеваться и разбираться в новинках мира моды говорить излишне, это, как говорится, опция по умолчанию.

– У вас высокие требования, – Елене удалось успокоиться, – но я постараюсь вам помочь. Но вы должны понимать, Дмитрий Александрович, что для девушки это работа, то есть она становится ни вашей собственностью и вольна покинуть вас в любой момент в соответствии с условиями договора, который вы подпишете.

– Конечно, – Завьялов прижал руку к сердцу, – буду бесконечно признателен. С прейскурантом я знаком, так что здесь никаких проблем не возникнет. Кстати, пользуясь случаем, я хотел бы лично, – тут он со значением посмотрел на Елену, – пригласить вас и Алексея Константиновича на свадьбу.

– Благодарю, – Лена подумала, что постарается именно в это время ну вот совершенно случайно уехать куда-нибудь отдохнуть. Она так устанет за новогодние праздники, так устанет! – Последний момент: у вас есть пожелания по внешности будущей подруги.

– Как замечательно, что вы спросили, – Завьялов довольно улыбнулся, – разумеется, такие пожелания у меня есть.

С каждым словом он говорил всё тише, словно придавая тому, что произносил, дополнительную нотку интимности, очень-очень личный оттенок, и Елене в очередной раз стало не по себе.

– Она должна быть похожа на вас, Елена, – почти шёпотом закончил он, – и каждый раз, укладывая её в постель, я буду думать о вас. Видите, я откровенен с вами, так как не теряю надежды однажды…

Не закончив фразы, он встал и, поцеловав Елене руку, вышел из кондитерской, а она осталась сидеть за столиком, пытаясь выровнять дыхание и упорядочить мысли.

Санкт-Петербург, 14 февраля 2018 года

Держа мужа под руку, Елена неспешно поднималась по ступенькам Дворца бракосочетаний на Английской набережной. Проигнорировать свадьбу, которая стала событием месяца в зимней светской жизни Петербурга, было нельзя.