Конец света

Ложный след, по которому он направил ищеек, засунув в грузовик кредитную карточку с вмонтированным в нее передатчиком, должен был дать ему небольшой выигрыш во времени, но, возможно, сейчас они уже обнаружили красный грузовик. За ним охотятся опытные и безжалостные люди. Интересно, втянуты ли во все это главы правительств? Или это была какая-то другая организация, такое своеобразное объединение служб безопасности, действующее по своему усмотрению? Чем больше Роберт размышлял над этим, тем сильнее становилась его уверенность, что главы государств не имеют представления о том, что происходит.

Ему всегда казалось странным, что адмирала Уиттакера внезапно уволили из военно-морской разведки и засунули в какую-то дыру. Все это имело смысл только в том случае, если те, кто вынудил его уйти в отставку, были уверены, что он никогда не примет участия в их заговоре. «Мне нужно связаться с адмиралом», – подумал Роберт. Это был единственный человек, которому он мог доверять и от которого можно было узнать правду о том, что происходит. «Завтра, – подумал Роберт, – завтра». Он закрыл глаза и уснул.

Его разбудил скрип открываемой двери, он встрепенулся и моментально сел в кровати. Кто-то приближался к нему в темноте. Роберт напрягся, готовясь к схватке, и вдруг уловил запах духов Пьеры и почувствовал, как она юркнула к нему в кровать.

– Пьера… что ты…

– Тсс… – Она прижалась к нему обнаженным телом. – Мне одиноко.

– Извини, Пьера… но я ничем не могу помочь тебе.

– Не можешь? Тогда позволь мне, – мягко прошептала она.

– Это бесполезно, тебе не удастся. – Роберт чувствовал себя глубоко подавленным, он хотел избавить их обоих от неизбежного разочарования, которое последует, когда у них ничего не выйдет.

– Разве я не нравлюсь тебе, Роберт? Ты не считаешь, что у меня великолепное тело?

– Нравишься. – У нее действительно было великолепное тело, он чувствовал тепло этого прижимающегося к нему тела.

Пьера нежно гладила его по груди, опуская руку все ниже и ниже. Роберт попытался остановить ее, не желая еще раз испытать горечь неудачи.

– Пьера, я не могу быть с женщиной с того момента… уже очень давно.

– Лежи спокойно, Роберт, я просто хочу поиграть. Ты любишь, когда с тобой играют?

Он ничего не ощущал. Чертова Сюзан! Она не только сама ушла от него, но и прихватила при этом всю его мужскую силу.

– Повернись, – попросила его Пьера.

– Это бесполезно, Пьера, я…

Она перевернула его на живот, и Роберт лежал, проклиная Сюзан и свое бессилие.