Конец света

 – Связь оборвалась, и он снова остался один.

День двенадцатый

Киев, СССР

Рано утром на следующий день, буквально через десять минут после открытия библиотеки, Роберт вошел в большое мрачное здание и подошел к девушке, сидящей за столом.

– Доброе утро, – сказал Роберт.

Девушка подняла голову и посмотрела на него.

– Доброе утро, что вы хотите?

– Я ищу женщину, которая, по-моему, работает здесь. Ольга…

– Ольга? Да, да. – Она показала ему на другую комнату. – Она вон там.

– Спасибо.

Все оказалось довольно просто.

– Простите, – сказал Роберт.

Она повернулась.

– Да?

– Вы Ольга?

– Да, я Ольга. А что вам от меня нужно?

Роберт обезоруживающе улыбнулся.

– Я пишу для газеты статью о перестройке и ее влиянии на жизнь обычного русского человека. Многое ли изменила перестройка в вашей жизни?

Женщина пожала плечами.

– До Горбачева мы боялись раскрывать рты, сейчас же можем их раскрывать, но положить в них нечего.

Роберт попытался подойти с другого бока."

"– Но ведь что-то наверняка изменилось к лучшему. Теперь вы, например, можете ездить за границу.

– Вы, наверное, шутите. Какие могут быть поездки, когда у меня муж и шестеро детей?

– Но вы ведь ездили в Швейцарию, и…

– В Швейцарию? Да я никогда в своей жизни не была в Швейцарии.

– Разве вы не ездили в Швейцарию? – тихо спросил Роберт.

– Я же сказала вам. – Она кивнула в сторону темноволосой женщины, которая убирала книги со столов. – Вот ей посчастливилось побывать в Швейцарии.

Роберт бросил быстрый взгляд в сторону второй женщины.

– А как ее зовут?

– Ольга, как и меня.

Он облегченно вздохнул.

– Спасибо.

Спустя минуту он уже разговаривал со второй Ольгой.

– Я пишу для газеты статью о перестройке и ее влиянии на жизнь русских людей.

Она настороженно посмотрела на него.

– Да?

– Как вас зовут?

– Ольга, Ольга Романенко.

– Скажите, Ольга, изменила ли перестройка вашу жизнь?

Шесть лет назад Ольга Романенко побоялась бы разговаривать с иностранцем, но сейчас это разрешалось.

– Не очень, – сказала она, – в основном все осталось по-старому.

Незнакомец был настойчив.

– Неужели совсем ничего не изменилось?

Ольга покачала головой.

– Нет. – Но тут же с пафосом добавила: – Теперь мы можем ездить за границу.

Похоже, что журналиста заинтересовал ее ответ.