Конец лета

Перед лицом того, что предстоит девочке, ей понадобится наша поддержка, наша помощь, наша любовь.

«Если только нам будет дана такая возможность». Впервые за двадцать лет Динна вдруг испытала приступ безумного ужаса. «Что, если?..»

Марк положил руки ей на плечи и медленно повернул к себе. На Динну смотрело лицо очень старого, усталого человека, а глаза у него были точно такие же, как у Пилар.

– Ты меня когда-нибудь простишь?

– За что?

Голос Динны прозвучал холодно и отчужденно.

– За это. За то, что я сделал с нашей девочкой.

– Марк, я приезжала в аэропорт, чтобы тебя встретить.

Марк посмотрел Динне в глаза, и у него внутри все похолодело: у нее был такой взгляд, словно в ней что-то умерло.

– Наверное, мы с тобой разминулись.

Марк вопросительно посмотрел на нее, пытаясь что-нибудь прочитать на ее лице.

– Нет, не разминулись. Я уехала. Я... то, что я увидела, мне многое объяснило. Мне следовало догадаться раньше, гораздо раньше. Но я не догадывалась.

В голосе Динны слышались горечь и сожаление. Она почувствовала, как напряглись руки Марка на ее плечах.

– Динна, думаю, ты не понимаешь.

Однако его попытка возразить прозвучала неуверенно. Он был очень расстроен и к тому же слишком устал, чтобы придумать убедительную историю. Марку показалось, что вся его жизнь катится под откос.

– Перелет был для меня очень нервным, а до этого я пережил ужасный день, ты сама это знаешь.

– Марк, замолчи, я не хочу ничего слышать. – Динна знала правду, просто знала ее интуитивно, и ей не нужны были лживые заверения. – Прошу тебя, только не сегодня.

– Динна...

Но Марк и сам не мог продолжать. В другой ситуации, возможно, он и смог бы что-то сказать, но не сейчас. Он был просто не в состоянии сочинить подходящее объяснение.

– Право, это не то, что ты думаешь.

Произнося эти слова, Марк сам себя ненавидел. Ведь все было именно так, как подумала Динна, а теперь, отрицая существование Шанталь, он почувствовал себя еще и предателем.

– Это не то...

– Не надо, Марк, все было ясно как день. Что бы ты сейчас ни говорил, ничего не изменится. Я видела все своими глазами и не хочу сейчас обсуждать, что я увидела и что почувствовала. – Стрела поразила ее в самое сердце. – Наверное, все эти годы ты считал меня ужасно глупой.