Конечно, беременна! (СИ)

Когда тебе удобно? Прямо сейчас?

Представляю, какой там у нее раздрай на душе, если она спозаранку, - и уже в городе. Обычно мама любит поваляться в постели, не говоря уже о том, что добираться ей сюда хороших часа два. Нет, все-таки лучше я бы позвонил ей вчера и забрал к себе. Надеюсь, хотя бы ей родитель сообщил про ублюдка более деликатно, чем мне и уж тем более не заявляя, что намерен наделить его какими-то правами?

- Здравствуй, - через пять минут я уже захожу в кафе напротив фирмы.

Мама выглядит не очень, - ну, это мягко говоря.

Барабанит пальцами по столу, нервно прикуривает сигарету и ее слегка дрожащие губы накрашены неровно, - более сильного доказательства шока у своей матери я просто не знаю. К тому же, учитывая, что бросила курить она уже с несколько лет как, а сейчас пепельница полна окурков.

- Аскольд, - отодвигая явно не первую за это утро пустую чашку из-под кофе, она крепко хватает меня за плечо.

А я способен сейчас только мягко гладить ее руку, представляя себе, как заезжаю папаше по лицу.

С хрустом. Еще и еще раз. Блядь. Ну, - изменял, ну родилось у тебя там что-то – на хрена все это наружу вытаскивать? И в дом тащить? Которым, между прочим, раньше был счастливым!

- Я хочу тебя попросить, - ее голос дрожит и глаза мама отводит глаза.

- О чем угодно, мам, - киваю, сжимая ее руку.

Реально, - сейчас я готов даже помочь ей оформить развод и даже к тому, что она будет жить в моем доме, жертвуя своей личной жизнью.

И в глубине души надеюсь, что к просьбе, какой бы она ни оказалась, добавится и чистка физии папаше.

- Ты… Поласковее будь с ним, - выдыхает мама и прячется за очередной принесенной чашкой кофе.

- С кем? – мой кофе в этот момент выплескивается обратно, прямо в чашку."

"- Как с кем? С Арнольдом, с кем еще? – она снова на меня не смотрит, но теперь уже я встаю и, обходя ее, заглядываю в глаза.

Зачем?

Наверное, мне просто нужно убедиться в том, что это – действительно моя мать.

Женщина, всю жизнь любившая отца и полностью себя ему посвятившая. Та, которая каждый час ему звонила просто чтобы услышать его голос, - и это, на секундочку, же в те времена, когда я был достаточно взрослым, чтобы проходить у отца практику.

А не инопланетянка, которая ее похитила и завладела ее телом.

- Я вот ни хрена сейчас не понимаю! – обычно при матери я не выражаюсь, но, блядь, тут напрашивается даже очень много чего покрепче.