Конечно, беременна! (СИ)

– Я так решил, - кто из вас первым выведет корпорацию на урівень вдвое выше сегодняшнего, женится и заделает фициального наследника, тот и получается все!

Охоренеть! Это я – от него слышу? На самом деле? Блядь, кажется, нервный срыв таки действует! И мне срочно нужно, чтобы меня кто-то ущипнул! Отец требует, чтобы я доборовольно навесил на себя тиски? Серьезно?

- Знаешь, для того, чтобы поставить печать в паспорте и стругануть ребенка, ни особого ума, ни яиц не надо! Да любую шалаву прям сейчас можно в ЗАГС затащить, - делов-то! Что-то я не вижу в этом подвига, который стоил бы семейного бизнеса! И уж тем более, кому, кому, - а тебе это должно быть прекрасно известно! – блядь, такая благотворительность начинает меня просто взрывать!"

"Нет, я готов был принять старшего брата и даже забыть о том, что маме это, между прочим, поперек горла! Даже пожалеть его готов, - вырос, бедняжка, в бедности, осуждении и вечном дожде английских просторов! Но чтобы из жалости теперь отдавать ему дело, в которое я вложился, как в собственную жизнь? Это с каких таких херов? Чувство вины отцовское так прикрыть? Как голую задницу фиговым листочком!

- Прекрасно понимаю, с каменным лицом кивает отец.

- А тебе сейчас не кажется, что ты вот сильно погорячился? – выплевываю с еле сдерживаемой яростью. – И бедняжку твоего, которого я еще буквально пять минут назад готов был принять, как брата, даже на равных, теперь и вторая его семья не примет? Еще больше настрадается, страдалец!

- Арнольд, в отличие от тебя, парень серьезный, припечатывает меня отец, не дрогнув ни единым мускулом на лице.

- И что? – ни хрена не понимаю этой отцовской логики!

- А то, что раздолбаев в нашем роду и так хватает, грозно заявляет отец и ухом не ведя.

О, ну все понятно!

Папочку на старости загрызли угрызения совести за свои весело прогульбаненные годы! И, видя, что я наслаждаюсь всем, что бросает мне под ноги жизнь, причем, не менее феерично, чем он сам когда-то, он решил отдать предпочтение тому варианту, которым сам никогда не был. Но сейчас, возможно, хотел бы таким стать.