Коммерсант

Вообще девица тут все портит, мне бы наедине беседовать хотелось, но уже никуда не денешься.

– Не надо!

– Почему? – удивился я. – Ты меня два раза заказывал, еще людей убил, а тебе не надо? Надо, Федя, – добавил я по-русски и выстрелил.

Не в колено, а в землю рядом, но Мёрфи все равно заорал так, словно его резали.

– Не ори, придурок. Тебя как зовут? – заглянув в дверь, спросил я девицу.

Вообще ничего так, миленькая, но типаж все же британский и мейкап очень вульгарный.

– Сюзи…

– Отлично, Сюзи, твой друг будет говорить, а ты слушай.

Она опять закивала.

– Мёрфи, начинай, – сказал я. – Расскажи, кто первый придумал схему, как красть деньги у переселенцев? Ты или Миллбэнд? Только не ври, я вообще-то все знаю. Одна ошибка в ответе – у тебя минус один сустав. – Я опять прицелился в колено.

– Лека придумал, – выдохнул он. – Албанец, он в Нью-Рино живет. Я с ними работал.

– Да ладно, он бы тогда больше денег брал, – покачал я головой. – Я знаю, сколько ты снял со счетов. Честность. Тебя спасет честность, она всегда спасает, и Иисус любит честных.

– Не надо!

– Заладил, – выдохнул я. – Мёрфи, мне очень хочется тебя убить. Очень. И деньги свои я уже вернул. У тебя есть ма-аленький шанс выкупить свою задницу в обмен на честность. Мизерный. Но есть. Тебе для этого надо выложить все как на духу. И не только про убитых и краденые деньги. Надо рассказать про все дела со Сликом, рассказать про операции в Нью-Рино, которые ведут Брайли с Аккерманом, и тебе надо рассказать про «черную трансплантологию».

– А вот это дело. – Слава просиял. – А вот это я люблю.

Мёрфи раскололся. До самой задницы. Но про трансплантологов он не знал ничего. Можно предположить, что боялся сказать, но я все же поверил, потому что информация из него лилась потоком. Он не бандит, он просто офисный жулик и не рассчитывал на то, что когда-то ему придется лежать в саванне на земле под прицелом. Он уже все сделал, он разбогател и скрылся, расслабился и готовился прекрасно жить.