Коммерсант

А с другой стороны, и ничего страшного.

– Это по каким делам, если не секрет?

– Деньги оттуда, из-за ворот, сюда перевели, ну и кинули меня. Ну а дальше одно за другое зацепилось.

– Погоди, а тут что, с этим кидают? – Вагон насторожился.

– Обычно нет. Инициатива на местах. Чиновник и его баба, та в банке работала.

– И чем закончилось?

– Часть вернул, а фигуранта с бабой в машине взорвали уже подельники. Много шума было. Концы подчищали.

– Нормально, весело живете. Кстати, ты бы в честь новой дружбы рассказал бы нам чего.

Куда мы хоть попали вообще и что тут делать? А то как котята слепые тычемся.

– А что уже успели увидеть?

– ИВС и суд с залогом, – усмехнувшись, ответил за Вагона Андрей. – Я же говорил, что у нас тут не жизнь, а цирк с конями пока.

История, рассказанная кратко, впечатлила. Вагон бежал от мента. В ворота зайти ему знакомый помог, знал кого-то. Мент не знал ничего, но заскочил куда не надо, и его оттуда отправили следом, в целях соблюдения секретности, похоже. Дальше охрана Базы преследование прекратила насильственно, и вышло так, что эти двое оказались вместе.

Потому что никого здесь больше не знали. А дальше драка в кабаке с этими самыми персонажами, с которыми стрельба была, в драке еще и зарезали кого-то, что, впрочем, на эту пару вешать не стали. Но объявили залог. Мало того, в той самой драке Андрей сломал челюсть тому самому персонажу, что сидел с «ксюхой» за рулем «гелика», а тот, оказывается, должен был сегодня драться в клубе. В результате тот самый Полли в гавайке внес залог за этих двоих, а боем Андрей залог вроде как отрабатывал. Что объясняет эмоциональное поведение ирландца при виде трупа за рулем, кстати.

– То есть мы тут вообще ничего не видели и ничего не поняли, – пояснил вор. – Так что будь добр, просвети как можешь.

Под вторую кружку я взялся просвещать. Просвещал и под третью, когда моим собеседникам принесли еду. Когда закончил, вид у них был задумчивый.

– То есть обратно точно никак, верно? – спросил Андрей.

– Не. Система «ниппель», только в эту сторону. Так что думайте, как жить дальше.

– Русские в городе есть? – поинтересовался Вагон."

"– Мало, – прикинув, ответил я. – Русские больше на свою территорию отсюда едут. Почти никого не знаю. Банда есть русская, крученые донельзя. Там какой-то бывший авторитет ростовский за главного. Но в городе тихо себя ведут. А так по русским бедно. Приезжает их много, с колоннами и всяким таким, но чисто командированные.