Комбинация

Именно столько вырвалось из той давки и пожаров, что учинили брандеры. И если линейные корабли в основном или сгорели, или сидели на мели, то галеры в основном погибли от таранов и навалов. И вон — торчали мачтами из воды то здесь, то там…

Жалкое зрелище.

Болезненное зрелище.

Оглушающее зрелище."

"Османский адмирал, который сумел перейти со своего загоревшегося флагмана на вырвавшийся линейный корабль, смотрел на все это с ужасом. Предвкушая ЧТО с ним сделает султан, узнав о произошедшем.

И тут из дельты Дона потянулся русский флот.

Шесть линейных кораблей и двадцать малых галер.

В галеры он набил солдат Азовского гарнизона и казаков, которых сюда, к устью Дона стеклось уже приличное количество. И с Яика, и с Волги, и даже с Днепра. В поисках лихой удачи, разумеется, так как слухи об удаче русских пиратов расходились по округе как круги по воде.

Вот сейчас их всех на галеры и посадили.

На все, которые могли дать ход и не развалиться при этом от гнили.

Откровенно дрянные экипажи получались, если судить с точки зрения моряка.

Но они были полными и в близи берега да на галерах иные и не требовались. Тем более сейчас, когда неприятель полностью деморализован.

Экипажи шести линейных кораблей были обучены лучше. Намного лучше, чем эти, по сути, банды. Крюйс старался. Водил корабли из Азова в Керчь и обратно, да выходя в Черное море на маневры. Прикрывая парочку набегов на побережье Крыма. После которых сговорчивость крымских татар достигла чрезвычайного уровня.

Да — не опытные моряки.

Не голландцы или англичане. Но корабли с ними шли вполне себе сносно. И их было не стыдно морским державам показать. Здесь же, на 58-пушечном линейном корабле Гото Предестинация, держал свой адмиральский флаг и сам Корнелиус Крюйс. Идя головным мателотом в колонне.

Русский флот заметили не сразу.

Только когда корабли стали огибать по дуге дымящиеся остовы.

Зашевелились.

Задергались.

Но ветер был слабый. И…

Османский адмирал приказал спустить флаг.

В его понимании это выглядело очень разумным шагом.

Во всяком случае, даже оторвавшись и уйдя от русских кораблей, что было вполне реальным, он вряд ли рассчитывать на успех. После такого побоища султан, в самом лучшем случае снял бы ему голову. А так — почетный плен. Сколько-то лет переждал… Присмотрелся к ситуации… Подумал… В конце концов из плена совсем не обязательно возвращаться домой.

Капитаны и экипажи в целом его поддержали. Слишком уж были они деморализованы и подавлены пожаром.