Комбатант

Поневоле задержав дыхание, протянул руки, коснулся застежек, на миг зажмурился, тут же открыл глаза — и застежки с клацаньем раскрылись, поднялась верхняя крышка. И взрыва не произошло…

Он облегченно перевел дух, чувствуя, как по спине пополз ручеек пота. Запустил ладони в узкое пространство меж стенками ящика, заботливо обитого изнутри простеганными полосами ваты и войлоком, вытащил коробообразный предмет, напоминающий фотографический аппарат, до середины. Задняя стенка из матового стекла, непонятные эбонитовые переключатели, крохотная лампочка (при включении аппарата, Бестужев помнил, она горела зеленым), круглые ручки сбоку, еще какие-то рычажки для управления и точной настройки…

Осторожно поставил аппарат назад, уже без всякой опаски перешел к продолговатому ящичку.

Ну конечно же, там, в гнезде, из обитой веселенькой расцветки ситчиком ваты, лежал длинный объектив с вороненой, как у биноклей, поверхностью и толстой линзой с фиолетовым отливом. Аккуратно уложенные бухточками провода со штырьками на концах…

Он закрыл крышку и выпрямился, улыбаясь во весь рот. Аппарат Штепанека они, по крайней мере, нашли… вот только он был совершенно бесполезен без изобретателя, без его гениальной головы, чтоб ее черти взяли…

— Значит, это… — завороженно прошептал Ксавье.

Бестужев молча кивнул, чувствуя не радость, а, скорее, усталость — это пока что полдела, не стоит расслабляться…

Подойдя к сидевшему на ковре Рокамболю (тот непроизвольно отшатнулся, должно быть, ожидая новых порций цивилизованного европейского следствия), Бестужев опустился рядом с ним на корточки, бесцеремонно расстегнул пуговицы рубашки с накрахмаленным пластроном.

На голом теле красовался черный шелковый пояс не шире ладони, набитый не так уж туго, скорее походивший на некую повязку. Рокамболь сделал попытку отодвинуться.

— Сидеть смирно! — прикрикнул Бестужев и столь же бесцеремонно принялся прощупывать пояс.

Под пальцами угадывались небольшие, совсем крохотные, не более вишневой косточки твердые предметы."

"— Ну вот, — сказал он, выпрямляясь. — Если там зашиты не бриллианты, я ничего не понимаю в жизни и в своем ремесле… Упакованный багаж, отъезд, бриллианты, спрятанные под одеждой… Требуется завершающий штрих.